Проверка боем

Городские власти добирались на своем транспорте сзади, не мешали разговору давнишних знакомых. Глотов торжественно молчал короткие десять минут, пока ехали, затем шли по коридорам до нужной мастерской.

– Вот, Сергей Николаевич, – показательно небрежно махнул рукой Глотов на солидных размеров ящик, стоявший на столе в лаборатории. У ящика на передней панели виднелись двенадцатиразрядное ламповое табло и клавиатура, как у давно забытого калькулятора. Причем выполненная не из пластика, а с кнопками и панелью из слоновой кости. Пластик пока шел исключительно на выпуск денег, и его производство было укрыто вдали от Петербурга. Максим проверил, работает ли опытный образец, и дал отмашку министру промышленности Новороссии.

– Пробуйте, принимайте продукт!"

"– Гхм! – смог только откашляться Корнеев, так внезапно пересохло горло, когда он надел очки и разглядел старческим подслеповатым взглядом маркировку на клавиатуре. На двадцати белых кнопках из слоновой кости, расположенных прямоугольником, была нанесена черная маркировка. Она заставила сжаться сердце от воспоминания о давно забытом двадцать первом веке, даже двадцатом, о школьных временах. Поскольку на клавиатуре были двадцать с детства знакомых символов – десять цифр, запятая, значки четырех действий арифметики, равенство, сброс, включение и еще пара символов. Пальцы легко прикоснулись к клавишам, пробуя мягкость нажатия. Легкое движение – и замигало правое окошко лампового табло, высвечивая цифру пять.

Рука сама отыграла давно забытую мелодию на клавиатуре, набрав шесть случайных символов, затем знак умножить и еще две цифры. Затем равенство, после чего лампочки на табло мигали добрых две секунды, пока выдали результат. Корнеев уселся в кресло оператора, не в силах сдержать волнение в трясущихся коленях. Об этом моменте он мечтал почти тридцать лет, с первого дня, как проснулся в шестнадцатом веке. Надеялся сохранить достижения хотя бы двадцатого века для своих детей и внуков. С верой в себя, своих друзей, в то, что они смогут повторить часть достижений цивилизации, Корнеев добывал первое железо на берегах уральской речушки Ярвы. С мечтой о возрождении сильной Руси, о создании технического общества Корнеев собирал первые станки, работавшие от одной лошадиной силы. Стиснув зубы, воевал против сибирских татар хана Кучума, стреляя из примитивных ружей по кочевникам, осаждавшим крепость магаданцев.

Все неполные три десятка лет, прожитые в шестнадцатом веке, Корнеев с друзьями, женой и детьми работал без праздников и отпусков, с верой и надеждой на перемены средневекового общества, перемены в лучшую сторону, и не через века, а через считаные годы.