Против ветра, мимо облаков

 — Виктор откупорил банку и с наслаждением отпил глоток. — Я поговорил с одним из операторов, которые снимали программу Виктории. Он говорит, что в последний год Виктория много времени проводила с дочерью Ладыжникова, причем Ирина сама приходила к ней, а Виктория вроде как даже тяготилась этим общением. Ну, он так сказал. Хотя Виктория была всегда любезна с Ириной, но был момент, когда Ирина пришла на студию, а Виктория от нее улизнула через другой выход. И тем не менее Викторию иногда видели в ресторане в компании Ладыжникова и его дочери. Он вроде как опекал свою протеже, и многие трепались, что неспроста, — но людям лишь бы поболтать, а на самом деле ничто не указывает на их связь, а домыслы мы в расчет не принимаем.

— Тогда почему он ей помогал?

— А почему он устраивает эти конкурсы? — Виктор пожал плечами. — Как-то раз слышал, как он разглагольствовал по телевизору насчет того, что нужно, дескать, делать ставку на молодежь, помогать молодым, они — будущее страны. А теперь представь, скольких он уже продвинул — и на должности в том числе? Да у него все в кулаке именно из-за того, что он помогает подняться способным ребятам, часто из самых низов. А потом просто расставляет их на ключевые посты, глядь — лет через десять сплетет такую паутину, что куда там нынешней мафии! У него будет собственная.

Они замолчали, понимая, что никаким образом не смогут задать вопросы Коле-Пауку, человеку с огромным влиянием. Ничто в их городе не происходило без одобрения Ладыжникова, у него на содержании были депутаты и журналисты и даже кое-кто из полицейского начальства.

— Хотел бы я знать, подъезжал ли он к Бережному? — Реутов ухмыльнулся. — Посмотрел бы я на это.

— Думаю, не подъезжал. — Виктор допил пиво и бросил банку в корзину. — Коля-Паук совсем не дурак, иначе не был бы тем, кто он есть.

— Тогда я не понимаю. Вить, если они общались, если он годами помогал ей, составляя протекцию там, где было нужно, — как он мог допустить, чтоб Станишевскую защищал никчемный адвокат? Как он мог допустить, чтобы она села в тюрьму?

— Ну, зона-то, где она сидела, самая что ни на есть мягкая — в плане режима и отношения к заключенным. — Виктор покачал головой. — Но при умелом адвокате дело против нее и до суда бы не дошло, не то что срок получить да отсидеть. Нет, что-то тут не то, я к тому и веду. И на тебе: не успела она выйти, как новая напасть, и по всему получается, что ни у кого на свете не было причин убивать этого дурака Зайковского, кроме как у Виктории. И хотя нет ни одной улики, указывающей на ее причастность, журналист убит точно так же, как была убита Дарина. А поскольку Виктория была признана виновной в убийстве Дарины, много не надо, чтоб обвинить ее в убийстве Зайковского.

— Которого она даже не знала.