Тетушка против

Она сообщала, что герцог Лафон оказался настолько любезен, что пригласил их погостить несколько дней в его поместье, и что они с Соланж намерены согласиться.

На словах он рассказал, что битый час прокрутился вокруг дома Бернаров, угостив яблоками кухарку и потравив байки с конюхом. Ни про скандалы, ни про дурные слухи выведать не удалось, якобы молодая госпожа объявила себя затворницей, чтобы поддержать сосланного в замок возлюбленного.

Это удивило Маргарет: по ее наблюдениям, Пеппа не была склонна к самопожертвованию. Неужели ее чувства к Раулю действительно глубоки и серьезны? Звон свадебных колоколов казался все ближе.

Пришедший в себя Бартелеми укрылся в комнате, где улегся в кровать, попросив мокрую тряпочку на лоб и поплотнее задвинуть шторы. До завтра ни о каком дальнейшем обследовании лаборатории речи не шло, что всех вполне устроило.

Когда стрелки часов уже подбирались ко времени ужина, на кухню заявился Рауль и потребовал, чтобы пирог ему уложили в корзинку, поскольку он желает его попробовать на лоне природы, любуясь закатом. И не будет ли милая Пруденс добра сопроводить его на пикник."

"Маргарет совсем забыла о том, что они намеревались встретить заход солнца возле западной стены замка, и теперь расстроилась. Она чувствовала себя усталой и разбитой, у нее ныла спина и болели руки — давала о себе знать каменная плита, которую они двигали туда-сюда. Чертыхаясь про себя, она поплелась вслед за неугомонным Раулем снова в сад.

По дороге она поведала ему о решении Пеппы разделить его участь, отказавшись от шумных развлечений.

— Как это мило со стороны Жозефины, — с куда более кислым лицом, чем полагалось счастливому кавалеру, отреагировал Рауль.

— Чем вы сейчас недовольны? — удивилась она.

— Чем, чем, — вспыхнул он. — Пруденс, разве мы с вами не условились о том, что вы освободите меня от всяких обязательств, когда мы отыщем клад?

— Если мы отыщем клад, — поправила она его скрупулезно. — Пока нам встречаются сплошь покойники.

— В любом случае, — объявил он сумрачно, — я скорее отправлюсь на службу к Лафону, чем женюсь на вашей племяннице.

— Как? — воскликнула Маргарет, остановившись. Она уже почти смирилась с ним, а он изволит капризничать! — Да ведь вы сами затеяли этот брак, а теперь решили отказаться? Да что с вами такое, право слово!

— Не вы ли меня упрекали в продажности? — тоже вспылил он.

— Да какое вам дело до моих упреков!

— А вот есть дело, — заупрямился он. — Ну же, Пруденс, не смотрите на меня, как на таракана. Что поделать, если вы сами заставили меня передумать?

— Я? — она буквально задохнулась от негодования. — Да как у вас язык только повернулся!

Ничего не ответив, он лишь развел руками. Мол, чтобы было, то было, к чему теперь отпираться.