Прости себе меня

Не осудит и не упрекнёт, — помаду пока сотри. Всё равно ведь съешь.

Наспех переодевшись в домашний халат, Даниэла сбежала вниз по лестнице. Но не успела она приблизиться к обеденному столу, как за её спиной раздался звонок.

— Мам? Ты гостей ждёшь? — заглянула на кухню, где Марина колдовала над морковным тортом. Фирменный десерт от мамы. Лучший из тех, что она пробовала.

— Это Тамара, — пробормотала не оглядываясь, — у них там какая-то заморочка с ключами от гаража. В общем, она за ключами. Эдик утром оставлял, чтоб мы передали.

Тамара. Чудесная женщина. Если бы не одно НО.

Гордеева Тамара.

Мать Егора.

И как так вышло, что сын вырос таким придурком?

Кстати, о нём. Не далёк тот день, когда он снова явится в семейное гнездо. Лето в разгаре. Конец июня. А значит, и летняя сессия тоже должна подойти к концу.

— Даня, открой! Ну, что ты стоишь?

Мама повысила голос, заставляя Даниэлу очнуться. Крутанувшись, девушка отправилась в прихожую на ходу стирая помаду салфеткой, которую успела стянуть со стола.

Споткнувшись об обувную коробку, девушка тихо выругалась и мягко пнула ту, убирая с дороги. Туфли. Бежевые. Может, всё-таки чёрные?

Звонок раздался во второй раз, и Даниэла закатила глаза, сетуя на нетерпение соседки.

— Иду! — процедила сквозь зубы, чувствуя лёгкую боль от столкновения с коробкой. Из чего она сделана, чёрт её дери?

Даниэла натягивает на лицо приветливую улыбку, распахивая дверь. Но она тут же сползает, когда видит перед собой вовсе не Тамару."

"— Не ожидала? — бросает с порога нежеланный гость. Хмыкает, пробегая по ней оценивающим и таким уничижительным взглядом. Гадко, — куда делось твоё гнездо, муха?

Это он про волосы? Ну и козёл...

— Явился, — Даня выжимает из себя одно единственное слово и отворачивается от Егора. Нехотя успевает подметить, как возмужал Гордеев. Окреп и совсем немного повзрослел. Но ведь это только внешняя оболочка. Судя по его приветствию, он всё тот же кретин, чьё развитие задержалось в начале пубертата.

— Скучала? — бросает ей в спину, и тоже подмечает, как соблазнительно обтягивает её зад короткий халат. Мешковатый, но при этом подчёркивающий всё что надо. Ухмыляется, прикрывая рот ладонью. Стягивает пальцами губы, чтобы те не растягивались, и не сдали его с потрохами.

— Мам? Где ключи?

Она делает вид, что не слышит его. Игнорировать этого недоумка — лучший способ от него отделаться. Он ничего не сделает ей в её же доме. Тем более, если рядом кто-то из родителей.

— Сейчас, — Даниэла слышит, как гремит на кухне посуда, а затем прекращается шум воды, — Тома, я сегодня вся в мыле!

— День добрый, тёть Марин! — бодро. Приветливо. И приторно дружелюбно. Аж тошно.