Прости себе меня

Её папа наполовину грек, и Дани досталась соответствующая фамилия: Ксенакис. Отсюда и прозвище.

А вот обидное “муха” ей досталось от Гордеева. Чтоб его...

Подлый и озлобленный на весь мир тип.

Что не так? Откуда это всё?

Где она оступилась, что эта сволочь спускает на неё собак при каждом удобном случае?

Она надеялась, что за год Егор повзрослеет. Оставит её в покое. Возьмётся за ум и даст ей спокойно жить. Но, кажется, подобная щедрость не входила в его планы.

Глава 1

Год спустя.

— Боже! Какая ты красивая, Дани! А ну-ка повернись!

Когда-то роскошная копна тёмных волос была безжалостно отрезана, а на коротких волосах теперь пестрели светлые пряди. Лёгкие локоны обрамляли нежное личико, а выразительные брови и красная помада добавляли этому образу дерзость и перчинку.

Выпускной. Долгожданный и вызывающий трепет в груди. Этот день просто обязан был быть лучшим за прошедший учебный год. Позади одиннадцать лет ужасной школьной формы и скучных уроков, многие из которых, она знала наверняка, ей были совершенно ни к чему. Впереди целая жизнь, полная сюрпризов. Университет, о котором она грезила последние пару лет и, конечно же... то самое дивное время студенчества. Ей едва исполнилось восемнадцать. Разве это не восхитительно?

— Ты очень красивая! — повторилась мама, разворачивая девушку лицом к зеркалу, — не жалеешь? — намекнула на новую причёску.

— Пока не поняла, — ей, наверное, просто надо привыкнуть к новой стрижке. В какой-то степени: к новой себе.

— Нужно привыкнуть, — мать будто прочитала мысли дочери, и отошла от неё на пару шагов, — так, теперь снимай платье и марш в столовую. Нужно хорошенько подкрепиться перед церемонией. А я пока достану твои туфли.

— Бежевые, мам! — Даниэла осторожно потянула молнию на рёбрах, расстёгивая платье и спуская его вниз, — не чёрные. Хорошо?

— Всё-таки бежевые? — Марина Арсеньевна одарила дочь проницательным взглядом и, склонив голову к плечу, поджала острый подбородок.

— Да. С ними мне больше нравится.

Уверенно кивнула девушка, кончиками пальцев касаясь коротких локонов. Она всё ещё сомневалась в том, что приняла правильное решение, обрезав свои волос. Они почти доставали до талии. Но в какой-то момент Дани решила, что от них нужно избавиться. На носу новый жизненный этап. И желание оказаться на его пороге обновлённой, заглушило любые доводы рассудка.

— Хорошо, — мама. Она всегда её поддерживала. Чего не скажешь о папе. Отец был строг с ней. Иногда даже больше, чем того могла требовать ситуация. Не деспотичен, но слишком требователен. Что же касается мамы: она всегда поддерживала дочь и была рядом. Она не была её подружкой, и Дани не делилась с ней всеми тайнами и переживаниями. Но она была твёрдо уверена в том, что в случае чего — мама всегда её поддержит.