Покаяние пророков

И пока Космач добивался от него, чтобы взглянуть на старую, еще тридцатых годов, далеко не точную сельскохозяйственную карту, выяснил, что председатель тоже из кержаков, только давно отставший от общинной жизни, слегка образованный, оцивилизованный и безбожник. И еще узнал, что точно такая же карта висит в хомутовке на леспромхозовской конюшне и не составляет никакой военной тайны. Недолго думая, ученый муж купил бутылку и очень легко выменял ее на творение советской картографии. На сей раз Космач сразу же поехал на конюшню, сдал лошадей, оставил своих спутниц в хомутовке, а сам завернул в магазин и лишь потом предстал перед властью. Председатель все понял, но заворчат:

— Вот бы сразу так и в прошлом году. А то бумажками тряс…

Тянуть было нечего, после первого стакана ученый муж изложил суть дела, на что начальник сразу не ответил, а запер дверь и разлил водку. Помня его родову, Космач подгонять не стал: кержаки-тугодумы сразу никогда не отвечали, бываю, не по одному дню манежили. Выпили еще, и председатель разлил остатки.

— Значит, выписать свидетельство? — наконец-то переспросил вроде бы для порядка.

— Ну или бланк с печатью, остальное сам напишу, дело нехитрое, — предложил ученый муж.

Тот быстренько хлопнул свою порцию, взял стакан Космача и пригубил.

— Бланки строгой отчетности. Так что, паря, топай отсюда, пока в милицию не сдал.

Космач вышел из сельсовета, за углом в крапиве сунул пальцы в рот, после чего еще раз наведался в лавку и принес две бутылки.

— Ага! — обрадовался председатель. — Но все равно метриков не получишь.

Но когда обе бутылки приговорили, размяк. На удивление, он почти не пьянел, а лишь багровел и духарился.

— Добро, выпишу. — Но бланк не доставал — Давай на руках потягаемся?

Космач не мог поддаться ем> из принципа, ибо еще не встречал человека, кто бы мог его завалить. И испортил все дело. Председатель надулся, как хомяк, опорожнил полбутылки из горлышка и сунулся головой в диван. Спал он часа два от силы и проснулся больной и свирепый.

— Сколько лет человеку?

— Новых не дам, старого образца надо.

Он попил воды, глянул в зоревое окошко и полез на карачках в нижнюю часть шкафа. Прежде чем нашел бланки метрик, выгреб целый мешок макулатуры: пачку свидетельств о браке, внушительную стопку — о смерти, после чего сел на полу, потрепал бумаги и сказал с глубокой философской тоской:

— Кто-то не родился, кто-то не женился, кто-то не умер…

Бланки строгой отчетности, но давно списанные и на всякий случай не уничтоженные, лежали там, пожалуй, лет двадцать, от времени и пыли состарились, потускнели и выглядели как надо. Председатель под диктовку выписал свидетельство, шлепнул печать и посоветовал немного подержать на солнце, чтоб чернила выцвели.