Покаяние пророков

Знать, не судьба ему умереть на родной стороне, своими руками бросил счастье в шумную реку…

Она вернулась в схорон, а тут и старушка обед понесла деду.

— Люды приихалы! — на ходу бросила она. — Кондрат привез. У пепелища ходят. Мабуть, и Юрий Николаевич объявится.

Вернулась быстро, мимо пробегая, лишь палец к губам приставила, мол, сиди тихо, и сразу наверх.

И этот ее знак насторожил Вавилу. Опять, как в прошлый раз, она ощутила легкий ветерок опасности, исходящей от окружающего пространства…

Комендант слов на ветер не бросал, приехал в деревню с двумя журналистами, а поскольку машина у них была хоть и новая, импортная, но с плохой проходимостью, то ее пришлось оставить на стоянке у мочевой точки и идти пешком. Покуда ехали да шли, он почти все рассказал про разбойное нападение людей из непонятной службы и теперь только водил по улице и показывал: сначала пожарище, которое все еще дымилось, потом сорванные замки на дверях дач, побитые стекла и открытые погреба, где у некоторых дачников хранилась картошка и банки с соленьями. Одним словом, нарисовал полную картину произвола силовых структур, пообещал, что как староста не оставит этого дела и обязательно будет судебное разбирательство.

Журналисты были ребята молодые, дотошные, сразу сказали, мол, давно поджидали случая, когда можно подловить силовиков на беспределе и примерно наказать. Прошли всюду, сфотографировали, хотели еще снять расстрелянных собак у Почтарей, но старики заперлись и, как водится, во двор к себе не пустили. Тогда один из парней зашел от огорода, где забор пониже и сугроб повыше, заглянул, побитых кавказцев не увидел, зато обнаружил живую лайку, сидящую на цепи и дрожащую от страха, да кровавые пятна на снегу. Пощелкал фотоаппаратом, слез, и вроде бы назад засобирались.

Кондрату Ивановичу не понравилось, что не зашли чаю попить, пусть даже в избу Космача, и не поговорили толком. У этого откровенного произвола была тонкая и скрытая от глаз подоплека — месть информатору, отказавшемуся от сотрудничества. Но ведь об этом с кондачка не расскажешь, обстановка нужна соответствующая. И газетчикам наверняка было бы интересно услышать откровения сотрудника секретной службы, а Комендант таким образом перетянул бы одеяло на себя, отвлек внимание от истинной причины погрома.

Не удалось. Тот, что был любопытнее, попросил ружье посмотреть, которое все-таки вернули, табличку на испанском прочитал, головой только покачал и вопросов больше не задавал. Они даже намеков не поняли, пообещали, что материал выйдет через сутки, распрощались и ушли на мочевую точку. Кондрат Иванович после них еще раз деревню обошел, следы посмотрел, заглянул в конюшню, где пряталась Вавила Иринеевна, и напрямую отправился к Почтарям.