Пропущенный вызов

Вместо того чтоб заниматься детьми, он гоняется за какими-то химерами.

Накануне он поговорил со Светой и Юрой, сказал, что должен зарабатывать деньги, поэтому не может проводить с ними все время и им придется стать самостоятельными.

Света фыркнула, что никакой Америки он им не открыл, мама тоже много работала, и они с Юрой давно умеют сами о себе позаботиться."

"Что ж, Зиганшин провел инструктаж по технике безопасности, привез из городской квартиры микроволновку и познакомился с дачниками, у которых были дети примерно того же возраста.

Ребята целыми днями играли вместе, занимались щенком, которого, презрев аристократическое имя Фердинанд Аристарх, назвали Пусиком, смотрели фильмы, если шел дождь, и, кажется, не особенно нуждались в обществе своего угрюмого родственника, но Зиганшина все равно покалывала совесть.

Мстислав Юрьевич наврал, что хочет купить квартиру в этом доме и проводит разведку, как тут что.

Одышливая не шелохнулась, сухонькая быстро вскочила и начала стрекотать, а хиппообразная отложила книгу и, поправив похожий на рыболовную сеть платок, тонко улыбнулась Зиганшину, мол, уж она бы могла кое-что рассказать.

Тощая бабка была, видимо, человеком позитивным, потому что расписала местную жизнь подобием рая на Земле.

– Шикарная инфраструктура, – заключила она, – шикарная!

– А люди как? Видите ли, у меня трое маленьких детей и жена опять беременна, – соврал Зиганшин и пригорюнился оттого, что это неправда, – хотелось бы безопасности какой-то. Сами знаете, если полный дом уголовников, страшновато переезжать.

Переглянувшись, старушки заверили его, что в этом отношении полный порядок.

– И никаких драк не бывает?

– Нет, что вы!

Тогда Зиганшин пошел ва-банк и назвал номер квартиры, где проживал Василий Савельев, якобы продавали ему именно ее.

– Уууу, – протянули бабки хором.

– Вот Надька ушлая! – проворчала полная, отдуваясь. – Вы, молодой человек, осторожнее будьте, с этой квартирой не так все просто.

– Надо же! Как хорошо, что я к вам обратился!

Пришлось, округляя глаза и охая в кульминационных местах, выслушать историю, которую он уже знал.

– Неужели прямо так и живет? Как обычный человек?

– Первое-то время он вообще не выходил, мы долго не знали, что Женя его из дурки забрала, – тараторила сухонькая, – сидит себе и сидит, а мне участковая обмолвилась, что к нему на вызов ходила. Я испугалась, как же, дверь в дверь с душегубом, а она мне говорит, не бойся, он совсем овощ стал. Ну я Жене, конечно, сказала, чтоб следила хорошенько, мы боялись, а потом привыкли. А когда мать умерла, за ним стала Надька смотреть, ну, она давно возле них отиралась, хотела наследство заграбастать, но Женя не такая дура была.