Ледяное проклятье

Глядя, как стремительно убывает уровень каши в котелке в результате этих проб и как все довольней становится гном, я начал беспокоиться, и пришлось рявкнуть на разошедшегося коротышку, чтобы он поумерил свой пыл."

"От работающих над моим облачением ниргалов тепла исходило гораздо меньше — учитывая морозный воздух, их броня остывала куда быстрее, чем нагревалась. Лишь изредка меня достигал горячий выдох из отверстий их шлемов, и тогда я недовольно морщился от уколов боли. Извивающиеся у меня над головой щупальца восприняли столь близкое присутствие воинов крайне враждебно, и мне приходилось глядеть в оба. Нет-нет, но один из полупрозрачных побегов вырывался у меня из рук, и тут же слышался звонкий удар по броне ниргалов. Прилагая все силы, я подтягивал вырывающееся щупальце обратно, молясь, чтобы следующий шальной удар не угодил в смотровую щель шлема — я еще помнил, с какой скоростью действуют эти невзрачные на вид отростки. Попадут в смотровую щель шлема, и все, второго удара не потребуется. Правда, сейчас из кристалла выходило всего с десяток не успевших толком вырасти щупалец, никак не могущих сравниться по размаху с теми, похожими на высокие деревья побегами, но все же пренебрегать опасностью я не хотел. Потерять еще одного молчаливого защитника для нас смерти подобно.

Наш маленький отряд прошел через все передряги и опасности путешествия в Диких Землях лишь благодаря ниргалам, сумевшим оборонить нас от врагов. Падут они — падем и мы. Этот факт я осознавал предельно четко. Чего только стоил последний бой — я справился с одним шурдом сам, еще одного гоблина поразили щупальца, плюс сдавшийся Дисса Беспалый. Тикса преуспел больше — на его счету три убитых шурда и один костяной паук, разбитый на куски камнем. Лени и вовсе выбыл из боя в самом начале, даже не успев обнажить оружия. Оставшиеся четырнадцать гоблинов были на счету двоих ниргалов, прошедших сквозь их ряды, как сама смерть. Костяных пауков можно и вовсе не брать в расчет — ниргалы расправились с ними за несколько секунд. Нежить и в бой-то толком вступить не успела, завязла в зарослях кустарника и глубоком снегу.

Обдумав все наши столкновения с темными гоблинами, я понял, что за два столетия шурды великолепно отработали свою нехитрую тактику ведения боя, повторяющуюся из раза в раз и практически всегда великолепно срабатывающую. Сначала следует жидкий залп из луков и плевательных трубок, затем обстрел вразнобой, не прекращающийся до тех пор, пока противник не перейдет в атаку. Тогда шурды отступают, выпуская вперед своих жутких помощников — костяных пауков. Слаженный удар порабощающей магии — и противник застывает на месте.