Проклятое дитя

— Ей так тяжело, — вздохнула леди Мирай, устало опускаясь на софу и глядя на него с тоской, которая не отпускала ее сердце ни на минуту в переживаниях о подопечной.

— Это скоро закончится, — мягко улыбнулся женщине Хасин.

— Сомневаюсь — то место, куда вы ее заберете в разы хуже.

— Это место — мой дом, — твердо произнес демон, — и там я о ней позабочусь.

— Вы не всегда будете рядом, как бы вам ни хотелось этого.

— Это тоже предусмотрено. Анна подрастет, станет сильней и жестче.

— Сомневаюсь, — снова тяжелый вздох.

— Об этом я тоже позабочусь, — загадочно ответил беловолосый демон.

— Как? — невесело хмыкнула леди Мирай, но тут же серьезно присмотрелась к демону, к выражению его лица. — Что вы задумали?! — подозрительно протянула она, поднимаясь на ноги.

— Ничего, что повредило бы принцессе, — мягко улыбнулся Хасин. — Я последний, кто ей навредит. А список слишком длинный, чтобы дойти до конца.

И больше ничего не говоря и не объясняя, демон направился к выходу из покоев принцессы. И вот тогда-то и случилось то, чего так опасалась леди Мирай — в коридоре принц столкнулся с одной из невесток короля Тамира.

— Ваша Светлость, — удивленно и растерянно прошептала Ивия — супруга Адринна, как только нос к носу столкнулась с ним у дверей Анны.

— Выше Высочество, — как ни в чем ни бывало, произнес Бастард, насмешливо и выжидательно глядя на молодую красивую женщину.

— Вам не кажется недопустимым оставаться в покоях принцессы до утра? — взяла себя в руки девушка и осуждающе посмотрела на него.

— Смотря чем заниматься, — хмыкнул Хасин, глядя прямо в широко распахнутые глаза Ивии. — Леди Анна слишком невинна для того, о чем сейчас подумали лично вы, — и будущая первая леди стремительно покраснела.

— Но ведь есть те, кто нет, — вдруг смело, но тихо произнесла девушка, посмотрев прямо ему в глаза.

А следом, сделав реверанс, который весьма наглядно продемонстрировал гостю ее декольте утреннего платья, прошла мимо него, зацепив бедром его руку. Бастард лишь понимающе усмехнулся, провожая ее взглядом.

— Ох, не все пороки я выставил, — пробурчал себе под нос Хасин, тихо посмеиваясь и удаляясь в обратном направлении под сожалеющим взглядом обернувшейся к нему Ивии.

Хасин смотрел на Анну и не понимал, что в ней изменилось. И не во внешности дело — принцесса окончательно и бесповоротно утратила все черты подросткового возраста, став девушкой в полном смысле этого слова к своим шестнадцати годам. Во взгляде. И вроде та же тоска и грусть, но в какой-то миг глазки счастливо сияют, когда Анна о чем-то задумается с мечтательной улыбкой на губах. Но тут же берет себя в руки, будто старается не допустить этих светлых мыслей, чтобы не выдать свое состояние всем вокруг.