Избранные произведения. Том III

Конечно же, догадалась Верка, на табуретке стояла пустая трехлитровая банка!

Ей сразу стало легко. С нее сняли груз. А затем послышался вопль.

Черная пантера, сидевшая раньше у Верки на груди, влетела в большую комнату, врезалась в непрошеных гостей и завизжала. В ответ завизжали детеныш с женщиной, полетели стулья, и гости кинулись прочь из дома!

Потом уж Верка сообразила, что все это время Котяра сидел, прижавшись к ней и чего-то ожидая… А тут звон!

Вот он и кинулся!

Впрочем, не исключено — разве с котами так не бывает? — не исключено, что он решил до последней капли кошачьей крови защищать домашнее добро.

Но Верка об этом уже не думала. Она сиганула через окно, врезалась в крапиву и понеслась по грядкам.

Неслась она сквозь крапивные джунгли босиком, в майке и трусиках, под проливным дождем, в темноте, как будто забыла, что мокрая крапива жалит куда сильнее.

Конечно же, она промахнулась мимо дыры в штакетнике или не смогла в нее протиснуться, стала перелезать через забор, забор начал под ее весом клониться, бухнулся на участок Папани, и Верка легла на него животом.

Она лежала ничком и делала руками и ногами судорожные движения, словно училась плавать.

А сверху струился низкий, вежливый, жидкий голос Олега Владиславовича:

— Заблудилась, Верочка? Или не спится?

Она узнала его голос и мгновенно успокоилась. Будто сосед был бетонной стенкой, которая могла защитить ее от врагов.

Олег наклонился, чтобы помочь ей подняться. Верке стало стыдно, и она сказала:

— Я починю вам забор, не беспокойтесь.

— Принадлежность забора — дело завтрашнее. Что тебя напугало?

— Они приходили.

Верка с трудом встала, босая нога тут же провалилась в щель между досками, и вытаскивать ее было больно. К тому же крапивное жжение наконец-то схватило ее в когти.

— Пошли в дом, — сказал Олег Владиславович.

Он был в халате, но в шляпе. Разглядела Верка это не сразу, потому что свет от единственного освещенного окна еле добирался до поваленного забора. Они заковыляли к дверям рука об руку.

— Иди, иди, — ворчал сосед. — Мне тебя не дотащить, ты ж кобыла!

— Я не кобыла, — вдруг обиделась Верка.

Над дверью горел фонарь.

На сухих, закрытых навесом ступеньках лежал плетеный половик.

Откуда-то из-под ног выскочил Котяра. Как он сообразил?

— Смелое животное, — похвалил Олег. — Побежал за тобой.

— Это все он, — улыбнулась Верка. — Он, можно сказать, меня спас.

Верка присела на корточки и погладила Котяру под скулой. Он ткнулся ей в коленку лбом. Лоб был мокрый, но и коленка тоже была мокрой.

Котяра громко мяукнул. Он был доволен и хотел, чтобы все об этом знали.

Верка взяла кота на руки и первой вошла в темную прихожую. За занавеской, заменяющей дверь, была жилая комната.

— Я тут ненадолго, — пояснил Олег Владиславович.