Избранные произведения. Том III

Что-то теплое пронеслось по ее боку, потом по плечу и полезло внутрь комочка, которым стала Верка.

Это был Котяра. Кот перетрусил больше Верки.

Он дышал мелко, быстро и горячо.

— Дурачишка, — беззвучно шептала ему Верка. — Ты чего испугался? — А самой ей стало полегче оттого, что другой был слабее ее и просил защиты.

Снова скрипнул стул в большой комнате.

Потом послышался другой звук — выдвигали ящик комода.

— Ну где ты ищешь? — спросил женский голос. Голос принадлежал женщине из коттеджа.

— Она всегда ключи прячет в верхнем ящике комода. В белье.

— Почему в белье?

— Потому что все женщины прячут ценности в белье, а мужчины в книгах. Об этом в «Криминалистике» написано.

«Какой еще ключ? — удивилась Верка. — При чем тут ключ?»

— Зряшное это дело, — сказал второй голос. Верка почти не сомневалась, что это детеныш. Голос был странный. Если не видеть этого ребеночка, а только слышать его голос, можно подумать, что говорит женщина.

Но голос все равно оставался каким-то странным, недоделанным. Объяснить это невозможно — самому нужно слышать.

— Почему зряшное?

Они разговаривали вполголоса, но было так тихо, что Верка слышала каждое слово.

— А если второго ключа не было?

— Тогда я тебе головку откручу, — засмеялась женщина.

— А я тебя ужалю!"

"Тут ночные гости стали тихо смеяться. И слушать этот смех было противно.

— Может, взломаем? — спросил детеныш. — И рванем к чертовой бабушке!

— Чтобы весь поселок сбежался?

— Кому здесь сбегаться?

— А этот, в шляпе! Он десятерых стоит по подлости.

— Я думал, что Оксана его уберет.

— Не вышло. Но он не должен оставаться здесь. Он что-то знает. И меня это тревожит.

— Тревошшшит, — повторил детеныш. И получилось как у змеи. — Смешное слово.

— Вбей в свою маленькую пустую головку, — произнесла женщина, — что процесс может начаться в любую минуту. И мы должны его контролировать! На нас ответственность перед нашим народом, перед будущим.

— Мамочка, не говорите красиво, — засмеялся детеныш.

— Или все пойдет прахом!

— Не дурак, знаю, — откликнулся детеныш.

Никакой он не детеныш, поняла Верка. Он взрослый, может быть, карлик, ему выгодно изображать малыша. Такого не боятся.

— И как ты проморгал, пока Оксана возле тебя шастала? — спросила женщина. Ответа она не ждала. — Где теперь второй ключ искать?

— Здесь. Должен быть здесь. И Верка должна знать. Ее можно…

И вдруг они перешли на шепот.

И заговорили так тихо, словно шептали прямо в ухо.

И Верка сразу поняла, что речь о ней.

Сейчас они к ней придут!

Когда человек, даже совсем легкий, старается идти беззвучно, получается наоборот. Все половицы отзываются на его шаги куда громче, чем обычно.

Скрип… скрип-скрип. Еще ближе к двери…

Что делать? Бежать? К окну?

В комнате раздался грохот.