Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)

— Не пущу! — закричала она, — у меня только что один ребенок умер… Кайа в состоянии стресса! Ей нужен покой…

— Все с вашей Воспитанницей будет нормально, — заявил «главарь», пытаясь отодрать Директрису от меня, — мы проследим за тем, чтобы с ней ничего плохого не случилось.

Далее началось натуральное шоу, Директриса, вцепившись в меня орала благим матом, ей на помощь пришли Воспитатели с Комендантом и они все вместе пытались вырвать мою «тушку» из «лап» контрразведки и не дать им утащить меня в свое «логово».

Когда у «главного» получилось, наконец, отодрать от меня Директрису и остальных дам, меня «в темпе вальса» потащили прочь, а «главный» остался «прикрывать тылы», от рассвирепевший дам."

"Я еще долго слышал, как дико кричала Директриса… все-таки она хорошая тетка, за своих Воспитанниц «горой», не хорошо с ней получилось…

Я и мой конвой быстро шли по аллее, в сторону административного здания. Рыдать или сопротивляться, я смысла не видел, по-этому, шел спокойно, без особых фокусов, сделав лишь крайне печальное лицо.

В административном здании.

Меня привели в помещение, которое ранее, вероятно, использовалось под склад.

Сейчас же в нем находилось две лавки, да стол. Для полного антуража не хватало лишь лампочки, свисающей с потолка, но увы… Здесь был обычный светильник.

Затащив внутрь, меня бесцеремонно усадили на лавку и заведя руки за спину, надели наручники.

— Я что, преступница? — со слезами на глазах, дрожащим голосом, спросил я.

Ответом меня не удостоили.

В помещении, помимо меня, были еще три человека, остальные сразу же вышли, отобрав у меня видеофон, едва я оказалась тут: один из тех, кто привел меня сюда, еще одного я разглядел не очень хорошо и в данный момент, он стоял позади меня, но, вроде, тоже «из военных», а третий…

Третьего можно было охарактеризовать простым словосочетанием: «Крутой мужик»…

Не в том смысле, что он какой-то «качок» или что-то вроде того, хотя был он весьма «подтянутым» мужчиной, нет…

Немолодой мужчина, ему было что-то около пятидесяти пяти — шестидесяти лет, на вид, в добротным гражданском костюме…

Весь его вид, а я, смею надеяться, умею неплохо «читать» людей, говорил о том, что на его долю выпало немало опасных ситуаций и он, ни раз и не два, смотрел в лицо своим врагам и смерти.

И что этот человек, неизменно выходил победителем, а его враги нет. Не выходили. Совсем.

Этот человек, однозначно был, если уж и не «хладнокровным», но убийцей — точно!

Я его узнал… Видел на фото… Это был дядя Художницы…

И я испугался. Испугался так, как никогда раньше…

— Ваше Благородие! — обратился к нему мой «конвоир», — группа готова, как только…

Дядя художницы кивнув, показал, что в курсе и «конвоир» замолчал, не договорив.