Корабль призраков

Правда, Макс?

– Правда, – подтвердил Макс. – Море должно быть холодным. Море должно быть не для развлечений, а для работы.

– Слышала? – Карпик торжествовала.

– Ну, хорошо. Не буду спорить с профессионалами. Тогда зачем ты ее делаешь? Кому ты ее будешь показывать? Соседке по комнате у себя в интернате? Или папиным подружкам?

– Всем папиным подружкам я буду показывать только на дверь.

– Понятно. Ты просто страшная эгоистка. Но почему все-таки черепаха? Потому что у папы такая же? – невинно спросила я, вся внутренне содрогаясь от возможных вариантов ответа. От одного-единственного варианта.

– Нет, у себя на теле папа таких вещей не приветствует. Он говорит, что всегда нужно помнить о том, как будет выглядеть татуировка, когда тебе исполнится восемьдесят семь лет. Не очень приятное зрелище, говорит папа.

Слава богу.

Слава богу, подумала я. Один из подозреваемых отпал, круг сузился. И это знание я получила просто так, за здорово живешь, не прикладывая никаких усилий. Нужно поощрить за это Карпика.

– Так почему черепаха, правда? – снова спросила я смягчившимся голосом.

– Потому что это символ вечности.

– Странно. Я всегда думала, что символ вечности – это змея, кусающая себя за хвост.

Карпик нахмурилась: я видела, что змея, да еще кусающая себя за хвост, на секунду покорила ее воображение. Но потом она решила все же сохранить верность своей черно-красной черепахе.

– Черепаха мне нравится больше.

– Черт с тобой, – вздохнула я.

– Мне нравится, когда ты так говоришь, – засмеялась Карлик.

– Мне тоже. Только не задерживайся здесь, пожалуйста. Папа волнуется, он уже готов начать поиски.

– Он очень злой?

– Он уже устал злиться.

– Хорошо. Скажи ему, что я скоро приду… И еще… Знаешь что… Ты мне дашь ключ?

Я приподняла брови и выразительно посмотрела на Макса.

– Не бойся, – успокоила меня Карпик. – Макс никогда не слушает то, что ему не нужно слушать. Правда, Макс?

– Правда.

Я отдала ей ключ, – в конечном счете она имела на это большее право, чем я, – и поцеловала ее в макушку:

– Долго не задерживайся.

– Может быть, ты придешь к нам с папой вечером?

– Нет. Мы сегодня ночью должны кое-что отснять. И мне необходимо как следует выспаться.

– Что отснять?

– “Эскалибур” с моря.

– Здорово! А мне можно? Только посмотреть.

– Нет. Это будет очень поздно…"

"Вадик разбудил меня в половине четвертого утра. Нужно было отправляться на съемки ночного “Эскалибура”. Корабль стоял, и было непривычно тихо. Я с трудом поднялась. Я долго не могла заснуть накануне, а когда заснула, то получила причитающуюся мне порцию кошмаров. Вернее, это был один непрекращающийся кошмар: в нем я бродила по бесконечным лабиринтам корабля, одну за другой открывая все двери универсальным боцманским ключом.