Прирожденный воин

 – говорит майор, мрачно ухмыляясь. Улыбкой назвать его ухмылку сложно. При скудном освещении его лицо, которое и при нормальном свете не слишком привлекательно, кажется страшным.

Боевик не отвечает. Он сосредоточен.

Следующая атака оказывается одновременной и обоюдной. Бойцы сходятся вплотную и имеют опасную возможность ударить друг друга, но успевают левой рукой ухватить правую руку противника. И на какую-то секунду замирают в такой позе, глядя друг другу в глаза. Лиц не видят. Да и глаз почти не видят. Только чувствуют друг у друга энергию взгляда.

На какое-то мгновение Сохно словно замирает.

– Мы не встречались раньше? На тренировке? – спрашивает.

В ответ слышится только рычание.

Руки заняты. Сохно, пользуясь тяжестью своего тела, выталкивает противника ближе к середине, где светлее. Боевик тут же пытается нанести удар коленом в печень. Мышцы пресса Сохно выдерживают такой удар, хотя ощущают его основательность, а сам майор, понимая, что повторная атака может его просто свалить, отвечает ударом лбом в лицо противнику. Но руку его при этом не выпускает, не даёт отступить и наносит следом, один за другим, два точно таких же удара."

"Боевик соображает, что ему ответить подобным образом сложно – он выше ростом и только дополнительно разобьёт себе уже и без того разбитое лицо. Он выпускает руку Сохно и пытается вырвать свою руку. Но хватка майора оказывается цепкой, а сам он тут же делает круговую отмашку ножом, нацеленным в горло. Боевик успевает присесть, и лезвие только срывает платок с его головы и разрезает кожу чуть выше лба. Кровь брызжет, окрашивая седые волосы, и начинает заливать глаза. Боевик не пытается закрыться. Он бьёт вслепую кулаком свободной руки. Но Сохно ждёт этого естественного в таком положении удара и подставляет под руку нож. Лезвие приходится на предплечье и наносит глубокую рану. Но в этом положении боевик отчаянно пытается вырвать вторую руку. Это ему удаётся, он отпрыгивает, однако майор делает выпад вдогонку и рубящим движением тяжёлого ножа достаёт и эту руку. Нож падает со звоном, и сам боевик падает в стороне от него, не справившись с инерцией.

Майор делает шаг вперёд. Боевик вытирает со лба кровь. Безоружный, лежачий, он желает встретить свою смерть с открытыми глазами. Сохно склоняется над ним.

– Дайте света! – резко говорит он десантникам. Те наводят на боевика фонарь.

Почти минуту Сохно смотрит молча.

– Я задал вопрос... Мы не встречались в тренировочном бою?.. Сдаётся мне, когда-то ты обучал меня...

Боевик молчит.

– Талгат...

– Я, Толик, не стал бы тебя убивать, даже если бы победил... – говорит Талгат. – Сам я не помню, но мне рассказывали... Что произошло тогда... В последнюю встречу... Я всегда это помню... Но ты меня радуешь – научился владеть ножом лучше меня...