Прирожденный воин

Рота десантников укладывается в расчёты Разина откровенно с трудом. Да и солдаты-спецназовцы тоже языки на плечи выложили, хотя идут более грамотно, умеют беречь силы.

– Отцы-командиры перестарались... – перекатывающимся баском ворчит майор Паутов, заместитель Разина, оглядывая солдат, остановившихся на короткий привал.

– Чем недоволен? – переводя дыхание, коротко спрашивает подполковник.

– Я сколько раз говорил... Посмотри на их расписание занятий... Бегать и ползать больше надо, а не драться. Ты часто за последний год в «рукопашке» участвовал?

– Один раз... дома... Мальчиков-хулиганчиков во дворе приструнил...

– Вот и наших мальчиков готовят, чтобы на гражданке подраться могли... А лучше бы на выносливость натаскивали... На лошадиную... Даже на простую «упёртость», чтоб через «не могу» могли... Чтобы ломались, но шли...

– Дело говоришь... – соглашается Разин. Вздыхает, оглядывает отряд и тут же командует голосом, который усталости не показывает, хотя командир тоже устал. – По-одъём! Вперёд! В прежнем темпе...

Разин уверен только в своих парнях. Мобильные офицерские группы проходят подготовку отдельно и по собственной программе. И уровень подготовки совсем иной, чем у солдат и даже у линейных офицеров. И профиль подготовки у каждого из офицеров группы индивидуальный, с уклоном на специализацию и личные физические и волевые качества. Особое место занимает программа по психологической подготовке. Но общие занятия традиционно максимально приближаются к условиям глубоких многодневных рейдов, проводятся на пределах выносливости. В боевой обстановке эти занятия сказываются.

Дозоры разведки приходится менять через полчаса, чтобы сберечь парням дыхание – не по живописной лесной тропинке в своё удовольствие гуляют. Не берёзовой веточкой комаров отгоняют – замёрзшие пальцы сжимают холодную и весомую сталь автомата. И в мокром снегу по колено... Снег на ноги липнет, цепляется, словно пытается заставить тащить за каждой ногой по целому сугробу. Точно тот же график смены Разин выбирает для отделений ведущих. Физически здесь нагрузка сильнее. Но если разведку Согрин доверяет спецназу, то на роль ведущих определяет десантуру. Ведущие тропу прокладывают. Для всех остальных. Чтобы остальные силы сохранили. Предельно плотную тропу, проходимую. За долгие полчаса интенсивного и темпового уминания снега пар начинает валить от бойцов, как на морозе после бани. Затем отделение переходит в замыкающие – идёт по самой утоптанной тропе, а следующее принимается за работу. И так без конца. Смена за сменой. Благо, бойцов выделили достаточно. Вот тот случай, когда количество переходит в качество – философская величина работает. В другом случае это оправдывается далеко не всегда. Устают все. Но идут.