Прирожденный воин

В республиканском управлении ФСБ подготовлены для тебя карты спутниковой съёмки... Получи...

– Снова снимать, наконец-то, начали?"

"– Начали... Понемногу и космос оживает... Но это не наши карты. Пока нам помогли парни из Интерпола. Они тоже замешаны в ситуации. Информация пришла от них. Там же, в отделе, получишь шифротелеграмму. Большая «портянка»... В трёх частях...[12] Предварительная разработка операции. Полную, с привязкой к местности, проводишь сам...

– Есть провести самому, товарищ полковник.

– Действуй. Будут проблемы, докладывай сразу в Москву. Они сели на контроль...

– Понял...

Последнее сообщение вроде бы не предупреждает открыто, но Разин давно научился понимать то, что начальник штаба бригады только в голове держит. Но держит, кстати, умышленно открыто. И потому подполковник легко соображает, что это обыкновенное, чуть не открытым текстом данное предупреждение – дело стоит на контроле в самых высших инстанциях, и потому ответственность за выполнение задания удваивается. Значит, будут со всех сторон лезть с советами и с предложениями помощи. И необходимо от этой помощи увернуться так, чтобы никто не помешал, и самостоятельно дело сделать.

Старая истина: если дело серьёзное и контролируется «сверху», всегда находится много желающих подмазаться и неуклюже помочь, чтобы потом приписать себе роль более значительную. А чем такая помощь оборачивается – Разину известно давно. Московские чины всегда считают, что для качественного проведения любой операции требуется чуть ли не задействование всех резервов. И пытаются навязать эти резервы, хотя в действительности посторонние силы только мешают и не приносят того результата, которого можно незаметно и без лишнего шума добиться малым числом. Но числом подготовленным, тренированным, натасканным на выполнение подобных операций. Группа «волкодавов» Разина как раз из таких. И лишние силы могут быть только помехой.

Выйдя из кабинета связистов, подполковник не успевает пересечь коридор, как за его спиной открывается дверь, и лейтенант кричит вдогонку:

– Подполковник Разин! Москва требует! Полковник Мочилов...

Разин возвращается.

– Слушаю, товарищ полковник, – говорит в трубку не слишком бодро.

– Приветствую тебя, Александр Андреич! Уже наслышан, как ты Дзагоева брал... Красиво, но одобрить не могу... Слишком большой риск. Кроме того, нам доложили, что у тебя сердчишко пошаливает...

– Нет, Юрий Петрович. С сердцем почти нормально. Это была дезинформация противника. Перед кардиограммой крепкого чая перепил, чтобы «мотор» работал соответственно...

– Понял. Не злоупотребляй... Я помню, ты к чаю сильную привязанность имеешь... Тебе из бригады звонили?

– Только что поговорил.

– Берёшься?

– А я имею возможность отказаться?

– Состояние здоровья...