Прирожденный воин

Никто не упал, никто не разбился, и, судя по внешнему довольству Талгата, которое стало заметно, когда все встают в тесный круг и Талгат совещается с Азизом, выходят туда, куда и следовало.

Это не самая нижняя долина, потому что склон сбоку всё же есть, но здесь уже тяжёлые лапы елей слегка защищают от ветра. И пурга метёт не так сильно. Даже видно становится лучше, хотя белая тьма не отступает. Сейчас, должно быть, разгар дня. А впечатление такое, что ночь стоит глубокая, непробудная в своей тяжёлой вязкости.

Закончив разговор с командиром, Талгат даже смеётся:"

"– Я поздравляю личный состав с выполнением оперативной задачи. На моей памяти никто не совершал такого до нас. Суворов бы нам позавидовал... То, что осталось сделать, пустяки в сравнении с тем, что вы сделали... За мной! Отдыхать будем потом...

4

Подполковник Разин мрачен. Садится на камень, опускает голову. На нём ответственность за провал операции.

Можно подумать, что подполковник дремлет. Однако слышатся шаги со стороны выхода, и Разин сразу встаёт. Он по шагам узнаёт радиста – сильно тот топает.

– Что?

– Бесполезно... Только аккумуляторы посажу... Сплошной треск. В такую погоду невозможно работать...

За спиной радиста стоит радист группы полковника Согрина. Разин светит фонарём, на него смотрит, ожидая иных слов, но младший сержант только плечами пожимает.

– Мы с двух раций пробовали... Бесполезно... И место меняли... Никакого толка...

– Отставить связь! Поберегите аккумуляторы... Отдыхайте...

Разин снова садится на камень. Незаметно суёт в рот таблетку нитроглицерина. Сердце чуть-чуть поджимает. Когда шла настоящая работа, когда приходилось переносить тройные и четверные нагрузки на марше, подполковник о сердце даже не вспоминал. А стоит понервничать, оно напоминает о себе само. Но, кажется, уже и нервничать не стоит. Он сделал всё, что мог... И даже предусмотрел случайности...

Посты у каждого выхода расставлены. Расставлены и внутренние посты на основных горизонтах пещеры. Инструкции даны строгие – молчать самим и слушать. Каждый звук регистрировать и проверять. Вдруг да остались в пещере боевики. Вдруг да и компьютерщиков Азиз вывести не сумел. Не сумасшедший же он – в такую пургу по горам блуждать, пусть и комиссовали его из армии по психической статье. Может быть, и след, оставленный на снегу у выхода из пещеры, – просто уловка умного Талгата.

Талгат умеет маскироваться. Разин хорошо помнит учения, в которых участвовали войска КГБ против спецназа ГРУ. Дело было перед первой командировкой в Афган. Тогда офицеры КГБ вместе с пограничниками, входившими в их ведомство, загнали группу из трёх спецназовцев ГРУ в болото. Путь был один – на остров. Пробираются туда, промокнув до ушей. Никого не находят.