Принцип Отелло

 – Когда Сигитов приходил к Марине в первый раз, он лицо не прятал. Прекрасно знал, что стоит под камерой, но не прятал. Благородный, как же! А в день убийства лицо человека, который всячески пытался изображать из себя Сигитова, ни разу не попало в объектив. Ни разу!

– Может, и попало, но было затерто. Нескольких кадров-то нет! – домыслила Василиса.

– Я тоже так подумал, – со вздохом обронил Игорь Леонидович, отодвигая пустую тарелку из-под супа. – Ну что ж, будем искать теперь этого имитатора. А что делать? В милиции давно уже дело в разряд нераскрытых списали. Никто не шевельнется.

– Они не видели диска, – напомнила Василиса.

– Во-во! А если б увидели, смогла бы ты убедить их, что там не Сигитов твой? Они твою болтовню про ремень и родимое пятно и слушать бы не стали. Им лишь бы отчитаться и дело в суд передать… То-то же. Короче, мы станем его искать, а ты как хочешь.

– Я тоже! – Раздумывала она мгновение, не больше, прежде чем начать говорить. – Я тоже стану искать человека, которому во что бы то ни стало нужно было убедить всех, что именно Сигитов – убийца! Найдем его – найдем и Саню. Я так думаю.

– Так что, я не понял? – встряхнулся Игорек. – Ты с нами?

– Да, я с вами. Другого выхода у меня нет. И помощи больше ждать неоткуда. Я с вами…

Расследование жуткого преступления, которое наделало много шума от самых низов до самого верха, поручили ему – Шаповалову Олегу Ивановичу, без пяти минут пенсионеру, который втайне мечтал уже о теплых домашних тапках, махровом халате, глубоком удобном кресле и нескончаемых футбольных матчах по спортивному каналу.

Никто уже не станет ему мешать, думал он о своем близком будущем, лениво и без интереса перебирая бумаги на столе. Никто не позвонит после девятнадцати ноль-ноль, не вызовет, не пришлет за ним машину. Никто не поломает планов на выходные. И с отпуском не прокатит ни за что. Он его будет иметь двенадцать месяцев в году. Захочет – с удочкой на берегу речки проведет. Захочет – в деревню уедет. Там у него домик, от покойных родителей достался, и он его без устали латал и перестраивал. Не сам, правда, откуда времени-то взяться, а рабочие наемные.

А захочет – денег скопит и куда-нибудь в теплые страны отправится. Что ему? Он же вольным казаком станет. Через каких-то пару месяцев наступить должна его долгожданная свобода. А пока он решил отсидеть оставшееся время тихонько, без лишних телодвижений, без откровенной инициативы, которая ой как провокационна бывает.

Отсиделся, называется!

Вызвали, поговорили, поручили, приказали, ждут отчета теперь. А откуда ему взяться, отчету, если дело гиблым было с самого начала? Олег Иванович Шаповалов безнадежную вонь от таких гиблых дел за версту чуял. Он мгновенно понимал, что возможно, а что нет.