Принцип Отелло

 – У Саньки на левой ягодице…

– Опять! А говоришь, что ничего не было! – перебил ее Игорь Леонидович с возросшей обидой. – И что там у него? Шрам от аппендицита?

– Шрама от аппендицита на ягодице быть не может, Игорь Леонидович, но я ценю ваше чувство юмора, – кивнула ему Василиса и продолжила на подъеме: – У него на левой ягодице большое родимое пятно. Вот такое… – Василиса сделала колечко из большого и указательного пальца. – Размером почти с пятирублевую монету. А у убийцы на кадре видео пятна нет. Как думаете, почему?

– Почему? – эхом отозвались оба мужчины.

– Потому что это не он, не Сигитов! Убийца про родимое пятно не знал. Санька его всегда стеснялся. А ребята над ним подшучивали, кляксой пытались дразнить. Вот! А вы говорите…

Она наконец смогла выдохнуть. Она наконец смогла их убедить, кажется.

Никто не стал с ней спорить, не стал опровергать, а наоборот, оба погрузились в задумчивость, замолчав надолго. Потом Игорь Леонидович ушел, не сказав ни слова. Игорек поплелся за ним следом, не забыв выставить Василису из комнаты и запереть дверь на ключ.

Она долго потом ждала их к ужину, а на следующий день к завтраку – никто не спускался в столовую. Дом вообще казался необитаемым. И если бы не звук шагов, вспарывающий время от времени тишину, она подумала бы, что оба мужчины покинули жилище. Потом они снова заперлись в кабинете у Игоря Леонидовича и совещались почти до обеда. К обеду все-таки пришли к столу.

Василиса с вопросами приставать к ним не стала. Молча разлила по тарелкам гороховый суп с копченостями, поставила салат, куски вареного мяса красиво разложила на тарелке (Игорь Леонидович всему на свете предпочитал кусок холодной вареной телятины). Поставила розетки с апельсиновым муссом и хотела было уже уйти из столовой – она не присутствовала там, когда они ели, как Игорь Леонидович ее остановил:

– Присядь, Василиса.

Она послушалась, опустилась на стул у дальнего края стола. А стол был огромен, человек тридцать смело за ним расселись бы.

– Что ты намерена делать? – спросил ее Игорь Леонидович.

– Я… я не знаю. А что надо делать?

– Я почему спрашиваю, дорогуша… – Хозяин дома отвел глаза, закончил с сожалением: – Держать тебя здесь я больше не могу. Так что можешь получить расчет и быть свободна.

– То есть как свободна? – Она растерялась, совершенно не ожидая такого поворота.

– Ты больше не заложница, Василиса. Нам пришлось согласиться с тем, что убийца – не Сигитов. И дело даже не в том, что у мерзавца на заднице не оказалось родимого пятна и штаны он снимает несколько иначе, чем твой Александр.

– А в чем? – поторопила его Василиса, потому что Игорь Леонидович неожиданно умолк.

– В том, что лица этого человека ни на одном кадре не видно, – закончил за хозяина Игорек.