Принцип неверности

На нем был купальный халат такой яркой раскраски, что у меня в глазах зарябило. На шее у него висело такое же пестрое полотенце. И почему все эти поп-звезды так любят расцветки a la pop gay? Увидев меня, Хрыкин недовольно сморщился.

— Нет бога на свете, — проворчал он. — Я так надеялся, что ты ушла навсегда! Так нет же, опять явилась. К тому же завалилась в мою гримерку, как в свою собственную спальню.

Я ничего не ответила на этот выпад, продолжая размышлять о вкладыше и мази. Хрыкин, продолжая бубнить, подошел к шкафчику и начал что-то из него доставать. Я продолжала рассеянно следить за его движениями.

— Может, ты выйдешь, чтобы я мог спокойно переодеться? Или тебе доставляет удовольствие разглядывать голых мужиков? — Хрыкин повернулся, держа в руках трусы. И тут меня осенило. Вот оно что — трусы и финалгон! Если изнанку нижнего белья намазать этой гадостью, то начнется такой зуд, что мама не горюй! Учитывая, что трусы соприкасаются с очень нежными и чувствительными участками кожи, я могу себе представить, что будет с Хрыкиным через полчаса после выхода на сцену. Он не то что петь и скакать на сцене под «фанеру», он даже передвигаться нормально не сможет.

— Дай сюда! — потребовала я, протянув руку.

— Ты чего?! — опешил Хрыкин. — С ума сошла?

— Дай сюда трусы, — повторила я.

Хрыкин недоуменно посмотрел на предмет одежды, который держал в руках, потом на меня — и подленько хихикнул:

— Ты что, фетишистка, да?

— Я тебе сейчас такую фетишистку покажу, гаденыш! Дай трусы, тебе сказали!!

Продолжая развлекаться, Хрыкин протянул мне то, что я просила, но тут же отдернул руку.

— У меня белье дорогое, имей это в виду… — Лучше бы он этого не делал. Нервы мои сегодня и так уже день были на пределе. Последняя выходка певца, а особенно его пошленькая ухмылочка, стала последней каплей. Не раздумывая, я с разворота врезала ему ногой по печени. Хрыкин икнул, выронил злополучные плавки и кулем повалился на пол.

Я подняла белье и, вывернув трусы наизнанку, провела рукой по ткани. Так и есть. Вся ткань была густо натерта чем-то жирным. Тот, кто это делал, не пожалел мази. Весь тюбик выдавил. Все за собой подчистил, но не заметил выпавшую аннотацию. Это-то и спасло Хрыкина.

— У тебя есть запасные трусы? — спросила я у ползавшего со стенаниями по полу Хрыкина.

— Тебе одних мало, сучка?! — прохрипел он в ответ.

Я присела рядом с ним и ласково предупредила юнца:

— Будешь продолжать оскорбления, я тебе добавлю. Имей в виду, это я делать умею. А в некоторых случаях — даже люблю.

— В каких еще случаях? — опасливо покосился на меня Хрыкин.

— Когда надо вот таких, как ты, грубиянов воспитывать. Так есть запасные?

— В шкафу посмотри, там сумка стоит спортивная."

"Разогнувшись, я открыла шкаф. Там действительно имелась небольшая сумка.