Принцип неверности

 — Но мне позвонил Галушко! Он сказал, что вы отправили его сюда для дополнительной рекогносцировки здания, а сами собирались сопровождать Макса до ДК. Что все это значит?

— Я?! — совершенно искренне поразилась я. — Ничего подобного! Я действительно просила Вадима Сергеевича съездить сюда, решить, где лучше всего поставить охранников, но я подумала, что он и Хрыкина заберет с собой!

— Черт бы вас всех побрал с вашими нестыковками! — выругался Погорельцов, доставая из кармана пиджака мобильник, и, нервно тыкая пальцами в кнопки, набрал номер.

— Вадим! — зло закричал он в трубку через несколько секунд. — Ты где?! Уже подъезжаете к месту? Срочно возвращайтесь и заберите Макса из гостиницы! Нет, она его не забрала, думая, что это сделаешь ты. Я с тобой согласен. Но только при условии, что этот же эпитет ты применишь и к себе, любимому! Все, я сказал, потом поговорим.

Закончив разговор с Галушко, Погорельцов посмотрел на меня такими глазами, что, если бы они могли излучать пламя, от меня осталась бы горстка пепла. Впрочем, это меня не беспокоило. Мне было необходимо удалить Галушко, хотя бы до начала первого концерта. И я этого добилась.

До начала концерта оставалась еще масса времени. Пошатавшись по Дому культуры, изображая некую деятельность, я совершенно случайно наткнулась на пожарную лестницу. Быстро спустившись по ней, я убедилась, что ею не пользуются со времен сдачи Дома культуры в эксплуатацию. Судя по тому слою пыли и грязи, которые лежали на ступеньках и перилах, даже уборщицы забыли об ее существовании. Это была ценная находка, правда, я пока еще не знала, как мне ее использовать.

Спустившись по этой лестнице до конца, я выяснила, что она ведет в фойе. Прямо к центральному входу. Правда, дверь была заперта на висячий замок. Но он был настолько примитивен, что любой первоклашка без особого труда открыл бы его с помощью канцелярской скрепки. На всякий случай это я и сделала.

Потом я быстро поднялась на второй этаж, где была гримерка Хрыкина, и еще раз прошла весь путь до выхода на сцену, а от нее — к обнаруженной мною пожарной лестнице. Это заняло не более двух-трех минут. Значит, если проделать тот же маршрут бегом, на это уйдет вдвое меньше времени."

"Быстро выйдя на улицу, я обогнула Дом культуры. Мой «фолькс» стоял там же, где я его оставила — вплотную к двери служебного входа. Я села в машину, выехала задним ходом на улицу и медленно подкатила к автостоянке, которая примыкала к ДК с другой стороны. Переговоры со сторожем стоянки много времени не заняли. Мое обаяние и сто долларов быстро убедили мужика, что моя машина имеет право постоять несколько часов возле выезда, но не заезжать за шлагбаум. При этом деньги были гарантом того, что сторож глаз не спустит с моего «Фольксвагена».