Принцип неверности

Заехав со стороны служебного входа, я припарковала «Фольксваген» почти вплотную к двери и скомандовала сидевшему на заднем сиденье парню:

— Жди меня здесь, я осмотрю вход."

"— Да меня никто так рано не ждет, — попробовал было он запротестовать, но я так на него глянула, что он тут же замолк.

Убедившись, что все в порядке, я вернулась к машине и, прикрывая Хрыкина, провела его в отведенную для него гримерку. Только после этого я вздохнула спокойно. Первая часть моего плана удалась. Никто не видел, как Хрыкин выходил из гостиницы, никто не видел, по какой дороге он ехал, никто не видел, как он вошел в ДК. А значит, никому не известно, где сейчас находится певец.

— Сиди тихо и делай вид, что тебя здесь нет, — строго предупредила я его. — Если тебе что-нибудь понадобится, то позови меня. Номер моего мобильника знаешь?

Макс отрицательно покачал головой. При этом он смотрел на меня как-то странно. Видимо, с ним давно уже никто не обращался столь бесцеремонно. Закрыв гримерку на ключ, я быстро прошла через закулисную часть и вышла на сцену. Там царила предконцертная суета. Монтировщики устанавливали декорации, суетились пиротехники, заряжая эффекты, осветители подготавливали юпитеры и рампу. Погорельцов успевал сунуть нос всюду и выдать какой-нибудь совет. За ним как привязанный ходил Арчиров. Лицо у директора арт-агентства было скорбным, как будто на сцене готовили эшафот для его публичной казни.

Стараясь оставаться незамеченной, я подошла к ним. Иногда такие «нечаянные» подслушивания дают максимум полезной информации.

Но на этот раз мне не повезло. Они говорили о чем угодно, только не о предстоящем концерте и не о Хрыкине. Пришлось мне «обнаружить» себя.

— Владимир Алексеевич, — как можно более невинным тоном проговорила я. — А Хрыкин уже приехал?

Реакция Погорельцова на этот, казалось бы, простейший вопрос, была просто потрясающей.

Он вздрогнул, словно его огрели палкой по ногам, и присел. Затем медленно повернулся ко мне всем корпусом. Лицо его было белым, словно посыпано мукой.

— Н-не-ет… — проговорил он, заикаясь, но, узнав меня, немного успокоился. — Боже мой, Евгения Максимовна, вы меня так напугали! Я, знаете ли, с детства не перевариваю, когда ко мне подкрадываются со спины и что-нибудь внезапно говорят!

В этом он явно приврал. Я вообще знаю мало людей, которые спокойно реагируют на такие проделки. В «Ворошиловке» нас учили, что это один из самых простых и эффективных приемов при задержании практически в любых условиях.

— Извините, я не хотела вас пугать, — ответила я, — просто смотрю, все здесь, а Макса нет. Когда он должен прибыть?

— Позвольте, — Погорельцов опомнился от потрясения.