Принцип неверности

Я посмотрела на Хрыкина. Он сидел, низко опустив голову, и старался не смотреть на присутствующих. Вот ведь паразит безголосый, а мне такую красивую сказку рассказал!

— Хрыкин, — строго окликнула я его, — выходит, ты знал о наркотиках, но решил скрыть от меня это?

Максик опустил голову еще ниже. И я явственно услышала, как он всхлипнул.

— Знал, спрашиваю? — повысила я голос. — Как знал и то, за что тебя хотят убрать?

— Я боялся, — давясь слезами, ответил он, — Галушко говорил мне, что вы и есть оптовик! Что вы не собираетесь брать меня в долю и поэтому хотите меня убрать, а ни он, ни Погорельцов ничего не могут с этим поделать. Но они обещали, что постараются меня защитить.

— Дурак ты, Хрыкин, — сочно выдал Котехов. — Если бы Евгения Максимовна задумала тебя убрать, она бы это сделала в первый же день! Причем настолько чисто, что никто бы и заподозрить ее не смог в этом. Громче всех «держи вора» кричит сам вор! Это аксиома. Дальше рассказывай, Галушко."

"— А что рассказывать? — пожал плечами бывший начальник охраны. — Этот недоносок пообещал выдать нас, если мы не возьмем его в долю, и тогда Погорельцов сказал, что от него придется избавиться. Мы разработали несколько вариантов, все они были удачными. И все были опробованы, но… постоянно везде вмешивалась госпожа Охотникова и все нам портила! Вовик ненавидел ее не меньше Хрыкина. Он предлагал и Евгению убрать. Обставить как несчастный случай. Кто бы усомнился в том, что телохранитель погиб, спасая своего клиента?

— Хорошо, а какую роль во всей этой катавасии играет Арчиров? — спросила я.

— Он прекрасно обо всем знал, имел с этого свою долю, но жутко боялся, что об этом пронюхают его хозяева. Собственно, Вовчик и поймал его на этом. Арчиров втихаря приторговывал на концертах травкой. Ему вечно денег не хватало. Во-первых, он пьет как лошадь, а во-вторых, играет на автоматах и в казино. Но Арчиров — трус, каких поискать, так что он никогда бы не решился сдать нас, а уж тем более шантажировать. Кстати, это была его идея — нанять местного телохранителя и ухайдокать его вместе с Хрыкиным. Погорельцов-то потом только предложил этот вариант, когда все наши прежние попытки провалились одна за другой.

— А кто придумал фокус с машиной?

— Это наша «домашняя заготовка», но с долей моей импровизации, — гордо сообщил Галушко, вообще, по мере того как он раскрывал свои секреты, он становился все более общительным. — Идея была проста: по мере возрастания дорожной тряски чека из взрывателя выпадает, он срабатывает под бензонасосом, взрывом срывает открученные гайки на рулевой тяге, и — привет родне.

— А как Славик угодил в больницу? — Я уже не давала Котехову вставить слово.

— Ну, это мой просчет, — вздохнул Галушко.