Да здравствует принц!

– Я пожалуюсь на вас директору, и вам навек будет воспрещён вход в нашу библиотеку!

– Спасибо, вы сделаете нам одолжение, – вежливо проговорил Оливер и с чувством, как истинный джентльмен, поцеловал её морщинистую руку. – С вами было приятно иметь дело. Надеюсь, что мы больше не увидимся.

И, ловко обогнув её сбоку, вышел первым. Она охнула от этого манёвра и ошарашенно уставилась на Оливию.

– Мисс Брум, как так можно…

– Извините нас, – смиренно произнесла Оливия. – Но я не могу его оставить одного. Всего доброго.

Она юркнула за братом. Теперь миссис Симмонс перегородила дорогу нам с Леоном.

– Мистер Кагер, а вот от вас я такого не ожидала…

Она что-то ещё хотела сказать, но Леон её перебил:

– Хорошо, что мы раньше с вами не были знакомы. Всего доброго. – учтиво произнёс он, обогнул её с противоположной стороны и вышел.

Хотел бы я поглядеть на лицо библиотекарши, узнай она, что Леон в прошлом был тем ещё хулиганом и доставал Клива.

– Не принимайте это на свой счёт, – проговорил я, оставшись с ней один на один.

– А вот от вас, мистер Хитклиф, я ожидала нечто подобное, – враждебно выдала она.

– Это хорошо, – добродушно кивнул я.

– Что в этом хорошего, мистер Хитклиф. Ваш старший брат был образцовым учеником.

– Какая жалость, что я не Гедеон, – хмыкнул я. – Но, знаете, так даже лучше.

– Лучше? – Миссис Симмонс упёрла руки в боки.

– Готье? – Леон показался в коридоре. – Ты идёшь?

– Прощайте. – Я вежливо кивнул ей, как того требовал этикет и вышел из библиотеки.

20

Закинув ногу на ногу, Скэриэл вальяжно расположился в кресле – перед большим письменным столом, прежде принадлежавшим мистеру Эну, а теперь Адаму – и лениво читал документы. Время от времени он затягивался сигаретой, зажатой между пальцами левой руки. Я сидел напротив и не спеша рассматривал кабинет – больше не было давящего багрового цвета – на смену ему пришли стены из белого кирпича, люстры заменили на более яркие, а ещё избавились от продавленного низкого дивана. Новый дизайн мне безусловно нравился.

– Адам знает, что ты периодически взламываешь его кабинет? – спросил я, разглядывая неуместный кубик Рубика на столе, по всей видимости, игрушку Адама или Кэмерона. Уж точно она принадлежала не Скэриэлу.

– Я не взламываю. – Не отрываясь от чтения, Скэриэл похлопал себя по карману потёртых брюк и вытащил ключ. – У меня есть дубликат."

"С похорон Эдварда прошло больше месяца. В тот день я ещё не мог ходить из-за раны, и Виктор Ронью, один из неофициальных последователей «Союза Проклятых», безропотно толкал мою инвалидную коляску по мокрому от утреннего дождя гравию.