Гарри Поттер и Принц-полукровка

Гарри сочувственно похлопал лесничего по локтю — выше было всё равно не дотянуться.

— Где мы его похороним? — спросил он. — В лесу?

— Да ты что! — отозвался Хагрид, вытирая ручьи слёз подолом рубахи. — Теперь, когда Арагог помер, остальные пауки меня и близко к своей паутине не подпустят. Выходит, это, они… только по его приказу меня не трогали! Ты представляешь, Гарри?

Честнее всего было сказать «да»; Гарри очень отчётливо вспомнил, как они с Роном оказались лицом к лицу с акромантулами. Тогда они поняли, что только Арагог не даёт паукам сожрать Хагрида.

— В лесу ещё не было места, куда бы я не мог пойти! — качал головой Хагрид. — Да, скажу я тебе, нелегко было утащить тело Арагога от них — знаешь, они ж обычно пожирают своих мёртвых… Но я хотел как следует его похоронить… помянуть, как положено…

Он опять разрыдался, а Гарри снова похлопал его по локтю, заметив (как подсказывало ему зелье):

— Хагрид, по дороге сюда я натолкнулся на профессора Хорохорна.

— У тебя теперь будут неприятности? — разволновался тот. — Тебе ведь надо сидеть в замке по вечерам. Знаю, это всё я виноват…

— Да нет, когда Хорохорн узнал, куда я иду, то тоже захотел прийти… проводить Арагога, — успокоил его Гарри. — Кажется, он просто собирался переодеться во что-нибудь более подходящее… и сказал, что прихватит пару бутылок вина, чтобы мы могли выпить в память Арагога…

— Да ты что! — изумился и растрогался Хагрид. — Это он молодец, что не стал тебя наказывать. Раньше я с ним мало дела имел. Значит, он придёт на похороны старины Арагога, а? Ну… ему, Арагогу то есть, это бы понравилось…

Про себя Гарри подумал, что больше всего Арагогу понравилось бы в Хорохорне то количество съедобного мяса, из которого состоял профессор. Но вслух он об этом ничего не сказал, а просто подошёл к заднему окошку хижины Хагрида, откуда открывался жуткий вид на гигантского мёртвого паука, лежащего на спине, с торчащими в небо ногами, скрюченными и переплетёнными.

— Хагрид, ты хочешь похоронить его прямо в огороде?"

"— Я думал, сразу за грядкой с тыквами, — сипло ответил тот. — Я уже выкопал… это самое… могилку. Наверное, надо сказать пару добрых слов над ним — всякие там хорошие воспоминания…

Его голос задрожал, и Хагрид умолк. В дверь постучали. Хагрид пошёл открывать, по пути сморкаясь в большой и грязный носовой платок. На пороге появился Хорохорн с бутылками; теперь на нём был мрачный чёрный галстук.

— Хагрид, — похоронным голосом начал профессор, — примите мои соболезнования по поводу вашей утраты.

— Очень любезно с вашей стороны, — ответил Хагрид. — Премного благодарен. И спасибо, что не наказали Гарри…

— Даже не думал об этом! — возразил Хорохорн.