Твоя примерная коварная жена

Нора лениво подумала о том, что ей интересно, как девчонка сейчас ведет себя с отцом. «Надо будет спросить, когда она позвонит в следующий раз», – решила она и тут же забыла об этом, вернувшись мыслями к своей главной задаче – единовластному владению «ЭльНором» и уничтожению ненавистной Эллы.

Как всегда в минуты особенной ненависти к чему-либо, у нее заболела голова. Тяжело, надсадно, охватывая всю голову сдавливающим виски и затылок обручем, от которого не было спасения. Таблетки от этой боли не помогали, лишь приглушали ее, загоняли в далекие уголки мозга, откуда она скалилась, рычала, шипела, готовая в любой момент выскочить обратно, чтобы наброситься на Нору, впиться в нежную мозговую мякоть и терзать-терзать-терзать без надежды на спасение.

С детства повелось, что головная боль, накидываясь на Нору, обязательно приводила за собой тошноту и разноцветные круги, мелькающие перед глазами. Она отвела глаза от окна, причем движение далось ей с трудом, сглотнула тугой ком, поднимающийся из желудка, воровато посмотрела на дверь кабинета, не войдет ли кто, и вытащила из запирающегося на ключ ящика стола маленькую бутылочку. Почему-то содержимое бутылочки с головной болью умело договариваться на ура.

Через пару минут приятная теплота разлилась по телу, напряженные плечи опустились, руки теперь лежали на подлокотниках кресла расслабленно и спокойно, боль отпустила, загнав в клетку и тошноту. Нора подышала открытым ртом и засунула за щеку мятную жвачку. Еще не хватало слухов. Хотя скоро ей будет совершенно все равно, кто и что про нее говорит. Она рассеянно полистала лежащий на столе перекидной календарь, чтобы проверить, сколько еще осталось ждать. По ее расчетам выходило, что недолго, недели две, максимум месяц.

Удовлетворенно улыбнувшись и подавив желание сделать еще глоток из припрятанной бутылки, она решительно выкинула из головы все мысли, не относящиеся к работе, и открыла папку с принесенными ей документами. В конце концов, от ее сегодняшнего усердия зависит светлое завтра. И для нее, и для ее нового любовника, к которому она теперь привязана намертво. Так крепко, что не вырвать с корнем.

* * *Наши дни

Дмитрий Воронов

Поиски Степана Ушакова, живого или мертвого, ни к чему не привели. Молодой главный инженер «ЭльНора» как сквозь землю провалился. Дома, в съемной однокомнатной квартире, он не появлялся, на работу не приходил. Двоюродная сестра Степана, благодаря которой он и приехал в город на Волге из родной Архангельской глубинки, не видела его уже около двух недель. По ее словам, в последний раз брат звонил ей накануне своего исчезновения. Держался как всегда. Встревожен ничем не был. Своими планами куда-то уехать не делился.