Прикосновение полуночи

– Хотите я вас перевяжу? – негромко спросила Хафвин.

– Да, пока не спадет воспаление, – ответил Дойл, поднимаясь.

– Королева обрадуется, а вот остальные... – проговорил Готорн. – Всегда бытовало мнение, что такие отметины – знак подчиненности, служения тому, кто выше тебя. Что эта отметина говорит: я ношу знак своего хозяина.

Доспехи и шлем он так и не снял. Я посмотрела на него:

– Ты тоже так думаешь?

Холод закатал рукав пиджака, обнажив предплечье.

– Если знаки действуют как им положено, то пусть лучше они будут там, где их легко увидеть. Они могут передавать сообщения, предупреждать. Как бы я ни хотел прижаться к тебе всем телом, знак я предпочту иметь на руке.

– Гораздо умнее, чем на груди. Я не подумал.

– Ты поддался очарованию ее красоты и обещанию власти.

Дойл снова вздохнул.

Холод протянул ко мне руку. Я осторожно села, опасаясь потревожить бабочку.

– Почему мне всякий раз больно? Это же не у меня появляются знаки.

– У тебя знак уже есть, – напомнил Холод. – Что до боли... – Он мягко улыбнулся, в глазах светилось знание, мне пока недоступное. – Ты должна знать, Мерри, что никакая сила не дается даром.

Я хотела бы возразить, только возразить было нечего. Он был прав. Я посмотрела на его белую мускулистую руку, собираясь с силами, глубоко вдохнула и положила ладонь ему на предплечье. Он зашипел сквозь зубы.

Я на миг замерла, не способная издать ни звука, потом дыхание вернулось с шумным вздохом. Я взглянула на Галена и Никку, по-прежнему лежащих в кровати.

– У нас у троих есть знаки. Что будет, если мы прикоснемся друг к другу?

– Давай сегодня выяснять не будем, – попросил Дойл. – Я не представляю, чем это кончится сейчас, когда они такие... новенькие.

Китто подошел к Холоду.

– Я бы с радостью носил твой знак, Мерри.

Мне пришлось улыбнуться. Если отметины и вправду могут помочь проследить за каждым из нас, то Китто нельзя оставлять без знака.

Он протянул руку без малейшего сомнения. Я коснулась рукой его предплечья. Он зашипел, как рассерженный кот, но не отдернулся. Когда я отняла руку, у него на коже исходила кровью моя бабочка. Я потерла собственное предплечье.

– Давайте сменим руку для следующего, ладно?

– А кто будет следующим? – спросил Иви. – Ничего личного, принцесса, но я соглашался на секс, не на рабство.

– Что ты имеешь в виду под "рабством"? – нахмурилась я.

– Отметины означают, что мы – твои люди, – сказал Дойл. – Это свидетельство того, что Богиня выбрала нас для тебя.

– Так это получится не со всеми? – уточнила я.

– Только с теми, кто воистину предназначен быть твоим.

– Моим – в каком смысле?

– Я не уверен в определении. Порой появляется воин – именно тогда, когда он нужен, – и дает тебе клятву. Иногда – пророчица...