Прикосновение полуночи

– Но в другие ночи ты хочешь трахаться, – сказал он, – а я практически всегда предпочитаю заниматься любовью.

– Не могу поспорить, – улыбнулась я.

Он попытался сохранить серьезность, но тоже не удержался от улыбки.

– Не то что я назвал бы трахом то, чем вы занимались с Мистралем...

– Но это и было трахом. Секс зависит от партнера, Гален. Ритм определяют все, кто в нем участвует. – Я протянула к нему руку: – Иди ко мне.

– Если я сделаю это сейчас, я не смогу повторить, когда Никка наконец в тебя войдет.

– Я могу снова тебя возбудить, почти не тратя магии.

– Ну да... Но когда ты это делаешь так скоро, это больновато.

– Ты мне не говорил...

Я посмотрела на Никку, притихшего у меня в ногах. Похоже, я была ему нужна сейчас скорее в качестве подушки, чем сексуального партнера.

– Правда, что ли? То есть правда больно?

– Я до недавнего времени почти всегда делил тебя с Рисом, так что для нас обоих перерывы были подлиннее. И больно не было. Но если без перерыва, то могло быть.

– Дойл и Холод ни разу не жаловались...

– Наверное, для них боль приятней в постели, чем для меня или Галена.

Я задумалась на секунду.

– Ты хочешь меня таким способом, потому что не желаешь видеть меня своим королем? – тихо спросил Гален.

Я возмутилась было, а потом задумалась. Я не потому этого хотела, но последнее утверждение было правдой – или стало ею совсем недавно.

– Я хочу тебя так просто потому, что я тебя хочу, – сказала я.

– Я видел, как она занималась этим и с другим, не только с Мистралем. Ей это нравится, я бы сказал, – заявил Никка.

– С Шалфеем, ты имеешь в виду? – невесело спросил Гален. На лице у него, как всегда, были написаны все эмоции.

– Да, – подтвердила я, не зная, как его утешить. Так долго дуться было не в обычае Галена. Такое было прерогативой Холода.

– Шалфей, – протянул он, – еще один, кто не должен стать королем.

– Мы могли бы провести ночь экстаза, а ты все портишь дурацкими вопросами. Это на тебя не похоже.

– Да, это больше похоже на Холода.

Он произнес вслух мои мысли. Сегодня это удалось ему не в первый раз.

– Ты жалуешься на перепады его настроения, но любишь его все больше. Может, тебе нравятся сложности с мужчинами?

Я не знала, что на это сказать. Почему влюбляешься в этого мужчину, а не в другого? Почему чье-то прикосновение бросает тебя в сладкую дрожь, а другое оставляет совершенно равнодушной? Тайна, загадка. Но я все же могла ответить ему чистой правдой:

– Я люблю тебя, Гален.

Он молча на меня смотрел.

– Может, я чуточку забыла, как сильно я тебя люблю, но сегодня... когда я увидела, как ты лежишь там...

Голос прервался, и мне пришлось зажмуриться, чтобы отогнать видение Галена в луже крови.

Никка погладил меня по ноге – чтобы успокоить, а не возбудить.