Отбор не приговор

— Надеюсь, она не умрет от голода и сможет смешаться с толпой.

— Толпой? — удивился эльф.

— Ну, процедура дарения, все такое, — неопределенно помахала рукой Лотанари.

Лицо Идриса приняло очень странное выражение. Если бы это был человек, то он бы сказал что-то вроде: «Упс, неловко». Но он был эльфом, а потому быстро взял под контроль мимику и задумчиво произнес:

— Не уверен, что эту процедуру проведут. Ты же здесь.

— Мне больше нечего дарить, — доверительно произнесла Лотанари. — Сегодня очередь другой невесты и…

— Думаю, нам стоит уже пойти, — прервал ее эльф. — Я вспомнил, что здесь должен быть охотничий домик. Я бы даже сказал «хижинка». Но это всяко лучше ночевки под открытым небом.

— Я ночевала под открытым небом, — с улыбкой произнесла Лота. — Но тогда у меня было плотное одеяло и теплая меховушка.

— Не думаю, что Лимаатрис согласна с таким термином, — рассмеялся Идрис и кивнул на небольшой просвет в лесной чаще, — нам туда. Тропка так себе, не слишком утоптанная. Но она есть, и не придется прокладывать новую."

"Лотанари с улыбкой последовала за эльфом. Последовала и пропала — эльфхиирский лес выглядел как талантливая иллюстрация к доброй сказке. Ровный ковер мха под ногами, редкие вкрапления цветущих трав и солнечные лучи, что пробивались даже сквозь самую густую крону. Единственное, что немного пугало принцессу, это тяжелая, давящая тишина. Где пение птиц? Жужжание ос или кто там в лесу порой жужжит? Да хоть стрекотание каких-нибудь насекомых?

— Почему так тихо?

— Озеру безразлично, чем питаться, — пожал плечами Идрис и даже не обернулся.

Чуть не споткнувшись, Лота посмотрела на окружающую красоту уже совсем другими глазами.

«Ничего себе добрая сказка», — подумала леди Шан Нейрин и поспешила спросить:

— А никто в Эльфхиире не задумывается, что однажды озеро может, ну скажем, выйти из берегов?! Когда безобидных зверьков ему станет мало? И когда закончатся эльфы-преступники?

— Озеро полностью подконтрольно Повелителю, — коротко ответил Идрис. — Он знает, что делает.

— Все бы так верили в Повелителя, как ты, — в сердцах бросила Лотанари.

На это эльф ничего не ответил, и принцесса устыдилась. Наверняка Идрис был патриотом. А может, и вовсе дальним родственником. Бастардом, например. Эльфы к своим внебрачным детям относятся с опаской и осторожностью, как будто именно нежеланные малыши виноваты в своем появлении. Так что, чисто теоретически, если милорд Ллинос тепло отнесся к бастарду, то из этого вполне могло вырасти слепое почитание.

Придя к этому умозаключению, Лотанари решила больше не касаться темы Повелителя. И, чтобы смягчить свои прежние высказывания, как-нибудь аккуратно похвалить милорда Ллиноса. Чисто ради того, чтобы сделать Идрису приятно.