Девчонки, я приехал!

В эту минуту, когда его никто не мог видеть, Сергей Ильич готов был признаться себе, что постройка атомной махины, за которую взялись с таким энтузиазмом, — дело не то что сложное, а почти невыполнимое.

Взять хотя бы подъёмные краны!..

У всех заводских кранов грузоподъёмность шесть тонн, а стальные листы, из которых будут собираться секции, — по семь тонн каждый. И что делать? Устанавливать более мощные краны? На это уйдёт уйма времени, тонны бумаги, семь кругов бюрократического ада нужно преодолеть! Передать обработку крупногабаритных листовых деталей на другой завод? А как же честь адмиралтейцев, которым доверено такое важное дело? А как же трата государственных средств?! Ведь придётся возить металл и шаблоны сначала в одну сторону, а потом обратно на адмиралтейскую верфь! Это же какие деньги!

А страна только-только после войны отстроилась…

На каждом шагу — загвоздка. Никто в мире никогда не строил подобного корабля, и спросить не у кого, и поучиться негде. Приходится на ходу придумывать, за всё отвечать, брать на себя ответственность не только за своих ребят из КБ, но и за производство, а это ох как непросто…

Сергей Ильич вошёл к главному инженеру, когда уже все собрались и что-то бурно обсуждали — в кабинете пластами висел папиросный дым, от которого жёлтый свет лампочек казался синим, тулупы и полушубки горой возвышались на стульях, выставленных вдоль стены, на чёрной школьной доске начеркано мелом. Главный инженер, зайдя однажды в КБ, увидел такую доску у Сергея Ильича и приказал в свой кабинет тоже поставить.

— Опаздываешь, Сергей Ильич, — оглянувшись, сказал главный инженер с неудовольствием. — Давай, давай подключайся.

Сергей Ильич кинул свой полушубок сверху, отчего вся гора одежды покачнулась и медленно и бесшумно сползла на пол. Никто не обратил внимания.

— Вот так-то, товарищи, — главный технолог расстегнул пуговицу на пиджаке, сильно вздохнул и застегнул опять. — Это на сегодняшний день первоочередная задача. Как решить, пока не знаем.

Сергей Ильич подсел к столу, пристроил тубус и папку.

— Решать нужно оперативно и быстро, по-коммунистически, — внушительно изрёк моложавый человек в кителе.

Сергей Ильич видел его впервые и от мгновенно возникшей неприязни сказал:.

— Оперативно и быстро — это одно и то же.

Человек в кителе ему не понравился, да и лихорадка усиливалась, будь она неладна! Сергей Ильич чувствовал её вкрадчивое, неумолимое движение. Вот-вот заполнит всего Сергея Ильича, для мыслей, для дела не останется места.

— А вы что предлагаете, товарищ? — спросил человек в кителе довольно миролюбиво. — Тянуть и медлить?

— Тянуть и медлить — это одно и то же, — повторил Сергей Ильич, и кто-то из соседей ощутимо пнул его ногой под столом.