Придон

 – Кто бы поверил?

Щецин широко улыбнулся:

– Надеюсь, Придон уже подумал, что будем делать с городом? Не учинять разгромов, не убивать и не грабить, но кого-то повесить для острастки надо бы, верно? Иначе эти трусливые души нас уважать не станут. Они понимают только силу. Куявы…

Придон не слышал ликующих криков, Вяземайт врачевал его раны. Дважды заглядывал в шатер Аснерд, велел подготовить белого коня, в покоренный город принято на белом, это олицетворяет чистые намерения победителя, никаких черных замыслов, заодно заменили и цветную попону, по ту сторону тонкой шелковой стенки громко спорили, кто за кем поедет по улицам прекрасной Куябы.

Аснерд заглянул снова, брови сдвинулись у переносицы, сказал раздраженно:

– Что они тянут?.. Не ожил же Дунай!..

Придон лежал, сам распластанный, как рыба, Вяземайт прикладывал к ранам жгучее снадобье, пекло, будто прижигал огнем, Придон старался не шевельнуть даже бровью, не по-мужски чувствовать боль, руки, грудь и плечо плотно замотаны чистыми тряпицами, сквозь которые уже перестали проступать красные пятна.

– А вдруг у них чародеи и не такое могут?

Аснерд зло оскалил зубы.

– Чародеи могут многое, но воскрешать мертвых – запрещено, даже я знаю. Верно, Вяземайт?

Вяземайт молча накладывал жижу из перемолотых листьев на рану слева на голове, Придон стиснул зубы, побелел, боль жгучая, а когда выдохнул и заметно расслабил мышцы, Вяземайт буркнул:

– Верно-верно. В самом деле прошло уже многовато времени. Ты пошли кого-нибудь к воротам. Пусть покричат. Что у них там случилось?

Аснерд исчез. Придон повел плечами, поморщился. Больше дает знать о себе та рана, что не заживает, чем эти царапины. Тело уже медленно оживает, а вместе с заживающими ранами выпаривается усталость, от кончиков пальцев до пят наливается силой. Прекрасный лекарь Вяземайт, трудно поверить, что чистое лекарьство, без магии.

Он тряхнул головой, сел, прислушался к себе, поднялся, снова повел плечами. Вяземайт смотрел на него с удовольствием.

– Ты красив, Придон, – сказал он. – В самом деле… Ни одна женщина не отведет от тебя глаз. С каждым днем становишься все… значительнее, что ли? Когда въедешь в город, то…

По ту сторону тонкой ткани послышался конский топот, крики, звон оружия. Придон насторожился, полог вскоре распахнулся, ввалился Меклен, его с одной стороны поддерживал взбешенный Аснерд, с другой – Волог, тысячник. Лицо и грудь Меклена были залиты кровью.

– Придон! – вскричал Аснерд страшным голосом. – Эти сволочи… Эти сволочи…

– Что? – крикнул Придон. – Что сказали?

– Они… отказываются. Вот он был у самых ворот и говорил с их главным. Похоже, с самим Щажардом.

Придон ощутил, как будто тараном получил в солнечное сплетение.