Он придет

Один из упомянутых мной студентов даже опубликовал исследование на основе наших результатов.

– Отличная почва для сбора такого рода данных."

"– Да. И, если честно, это помогает нам привлекать средства – которые часто оказываются на нуле, доктор, когда вы хотите, чтобы такая огромная структура, как Ла-Каса, продолжала работать без заминки. Пойдемте, – он тронул меня за локоть, – давайте покажу вам остальную территорию.

Мы направились в сторону бассейна.

– Как я слышал, – заметил я, – преподобный Маккафри просто мастер собирать средства на благотворительные нужды.

Крюгер покосился на меня, оценивая мои намерения.

– Да, он такой. Это просто исключительная личность, так что ничего удивительного. И это занимает львиную долю его времени. Но все равно сложно. Знаете, у него был еще один детский дом – в Мексике, но его пришлось закрыть. Там нет государственной поддержки, а состояние частного сектора таково, что даже крестьяне голодают.

Мы уже дошли до края бассейна. В воде отражался лес – черно-зеленый фон, пронизанный яркими изумрудными прожилками. Стоял сильный запах хлорки вперемешку с потом. Одинокий пловец по-прежнему оставался в воде, методично нарезая петли от бортика до бортика – баттерфляйными гребками, требующими немалых мускульных усилий.

– Эй, Джимбо! – позвал Крюгер.

Пловец достиг дальней стенки, поднял голову из воды и заметил машущего ему воспитателя. Практически без усилий заскользил к нам и, подплыв, выскочил из воды чуть ли не по пояс – молодой мужчина разве что немного старше тридцати, бородатый, жилистый. Его пропеченное на солнце тело сплошь покрывали мокрые перепутанные волоски.

– Привет, Тим.

– Доктор Делавэр, это Джим Холстед, наш физрук и главный тренер. Джим – доктор Александер Делавэр.

– Вообще-то ваш единственный тренер. – Холстед говорил низким голосом, исходившим откуда-то из живота. – Пожал бы вам руку, доктор, да я весь мокрый.

– Все нормально, – я улыбнулся.

– Доктор Делавэр – детский психолог, Джим. Он посещает Ла-Каса как перспективный «джентльмен».

– Рад познакомиться, док; надеюсь, вы присоединитесь к нам. Красота тут, правда? – Он вытянул длинную коричневую руку к небу.

– Эффектно.

– Джим до этого работал в гетто, – сказал Крюгер. – В «Мэнуэл артс»[64]. Потом поумнел.

Холстед рассмеялся.

– Далеко не сразу. Я парень не привередливый, но когда какая-то обезьяна вздумала угрожать мне ножом в ответ на просьбу сделать несколько отжиманий, то это решило дело.

– Здесь вам наверняка не приходится с таким сталкиваться, – заметил я.

– Ни в коем случае, – пророкотал он. – Эти малыши просто классные.

– Кстати, напомнил, Джим, – перебил его Крюгер.