Дитя прибоя

Отлично понимая, что женщина и старик – лёгкая добыча для лихих людей, Даяна достала из своего мешка револьвер, последний подарок отца, и, зарядив его, положила под подушку. Заметив её приготовления, Ватан демонстративно сунул за пояс старый револьвер, с которым обходил перед сном коридоры дворца, и отправился в общий зал, принести что-нибудь перекусить, а заодно купить провизии для дальней дороги.

Ночь прошла спокойно, а утром они отправились дальше. Ватан всё погонял и погонял лошадей, то и дело оглядываясь назад. Не понимая причины такой спешки, Даяна достала револьвер и, тронув старика за плечо, спросила:

– Что происходит, Ватан? Чего ты боишься?

– В том трактире поздно вечером остановились странные люди. Я не знаю, кто они такие, но совсем не хотел бы столкнуться с ними в тихом переулке. Те ещё рожи.

– Что ж, если придётся – будем драться, – решительно выдохнула девушка, доставая из мешка узелок с принадлежностями для револьвера и патронами. Быстро развязав свёрток, девушка принялась пересчитывать боеприпасы. Покосившись на неё, старик в очередной раз вздохнул и, стараясь перекрыть грохот телеги, прокричал:

– С таким количеством патронов нам от серьёзной банды не отбиться. А пополнить запас дешевле всего у гномов.

– Так в чём же дело? – повернулась к нему Даяна. – Сворачивай к их уделу.

– Там места почти не обжитые и, если за нами погонятся, помочь будет некому, – с сомнением ответил старик."

"– Ты всерьёз считаешь, что если нас начнут убивать на тракте, то кто-то решится вмешаться? – насмешливо фыркнула девушка. – Времена истинных рыцарей миновали, старый друг. Так что сворачивай и забудь о сомнениях.

Кивнув, старик чуть придержал лошадей и, аккуратно вписавшись в поворот, вновь подстегнул их. Каменные плиты сменились укатанным, на удивление ровным просёлком. На дороге не было даже луж, которые неизменно можно было найти на любой баронской дороге. Телега почти скрылась в лесу, когда Даяна, оглянувшись, чуть слышно застонала и, повернувшись к старику, приказала:

– Гони, Ватан. За нами всадники.

– Сколько их? – спросил старик, подстёгивая лошадей.

– Я видела десяток, но, возможно, и больше, – ответила девушка, перебираясь назад и готовясь отстреливаться. – Сколько отсюда до границы удела?

– Таким ходом полсвечи, но лошади могут не выдержать, – ответил старик, не оглядываясь.

– Значит, я буду стрелять, а ты ехать, пока не доберёмся. Сдаваться я не собираюсь, – отрезала Даяна, устраиваясь поудобнее.

Стрелять с движущейся телеги, которую немилосердно трясёт, задача далеко не простая. Но Даяна всегда любила стрелять. Её вообще всегда увлекали совсем не женские занятия: стрельба, верховая езда, владение мечом и кинжалом.