Дорога домой или Цена престола

Принцесса прищурилась, силясь, хоть что-нибудь разглядеть, вода застилала глаза. Наконец, она увидела, куда указывал Гэбриэл — между деревьев начиналась тропа, уводящая в глубь леса.

Останавливаться в дождь в лесу — та еще радость, но сейчас Эрилин была готова ночевать где угодно, лишь бы слезть с коня. Все тело ломило от непривычной нагрузки. Сегодня они проехали без остановки гораздо дольше, чем в предыдущие дни, и ей казалось, что как только Гэбриэл укажет место привала, она просто свалится с коня лицом вниз и проспит так до утра, и плевать на дождь и холод.

Пробираться верхом между деревьев по узкой тропе было еще отвратительнее, чем мокнуть на открытом пространстве. Мокрые ветви так и норовили зацепить плащ и стянуть капюшон с головы. Эрилин несколько раз чуть не сверзилась из седла, пока пыталась отцепить ветку, запутавшуюся в шнуровке плаща.

Гэбриэл, двигавшийся впереди, спрыгнул с коня, и принцесса, и ехавший за ней Генти с облегчением последовали его примеру.

Еще несколько минут мучений были вознаграждены — деревья впереди стали редеть. Эрилин бы не назвала поляной место, к которому они вышли, уж слишком маленьким оно оказалось, это был скорее пятачок в самой чаще леса. Она увидела следы старых костров, видимо, здесь часто останавливались путники.

Гэбриэл достал из седельной сумки кусок непромокаемой ткани, видимо, припасенной как раз на такой случай, и они с Генти натянули его между деревьев. Эрилин тем временем расседлала лошадей, пытаясь быть хоть чем-то полезной. Руки онемели от ледяной воды и плохо слушались.

Каким образом Гэбриэл умудрился разжечь костер из мокрой древесины, принцесса так и не узнала, да и не больно интересовалась. Она забралась под тент и сжалась в комок. Ее трясло сильнее, чем она хотела бы себе признаться, мокрая одежда липла к телу. Здравый смысл подсказывал, что следует снять хотя бы мокрый плащ и попытаться просушить его у огня, но она не могла заставить себя раздеться. Эрилин села как можно ближе к костру и решила сушить одежду на себе, не снимая.

Гэбриэл вбил несколько кольев невдалеке от огня и развесил на них свой плащ, Генти повторил за ним.

— Эр, сними плащ, заболеешь.

Ей показалось, что голос Гэбриэла потонул в шуме дождя и треске костра. А может быть, она уже уснула и все это ей только снится? С чего бы ему заботиться о ней?

Эрилин не пошевелилась.

«Хотя если я сплю, то как я это делаю с открытыми глазами?»

Она действительно сидела с открытыми глазами, уставившись в одну точку, и раскачивалась в такт дрожи, сотрясающей тело.

— Чего это она? — рядом послышался голос Джофа. — Вроде бы, неплохо держалась.

— Слишком холодно, — отозвался Гэбриэл. В его голосе была тревога.

Рядом прошуршала трава, кто-то подошел.