Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

В одиннадцатом превалитете жил Прохор-11, с которого и началось знакомство второго Прохора с устройством Мироздания.

Прохор рассчитывал сразу перейти в двенадцатый числомир, так как хозяин одиннадцатой пси-сферы в данный момент отсутствовал, но взыграло любопытство. Захотелось «одним глазком» посмотреть на обстановку пансионата на Алтае, где в настоящее время находилось тело Прохора-11, и на людей, его окружавших.

«Выпадение» в «пустой» голове «родича» было сродни падению в тесную холодную яму с небольшой высоты.

Прохора сдавило со всех сторон, он ахнул, открывая глаза и выдыхая застрявший в лёгких воздух, подхватился на кровати, как разбуженный внезапно человек, упёрся руками в накрытое простынёй ложе.

Он лежал в просторной комнате, стены которой были обиты янтарно отсвечивающими деревянными планками. В окно и открытую дверь была видна веранда, столбы которой и перекрытия были сделаны из круглых гладких брёвен. Ветерок шевелил занавески на окне и двери.

Пахло удивительной свежестью и травами.

У изголовья на тумбочке стояли стаканы и графин с водой.

В комнате никого не было.

Но стоило ему шевельнуться, как в дверь, ведущую в соседнюю комнату (он догадался — это был гостиничный номер), выглянула девушка. Она была так похожа и одновременно не похожа на Устинью: другая причёска, другой костюм, другая манера держаться, — что Прохор едва не вскрикнул.

— Очнулся! — удивлённо и недоверчиво проговорила она; голос девушки напоминал голос Устиньи, но в нём прозвучали и незнакомые интонации.

В комнату ворвался черноволосый смуглолицый мужчина. Это был Саблин, но Саблин другой, одетый в серо-белые холщовые штаны и такую же рубашку. У «родного» Саблина такой одежды не водилось.

— Вернулся?!

Прохор, чувствуя себя обманщиком, попытался улыбнуться.

— Не подскажете, куда я попал?

Девушка, похожая на Устинью (Юстина, вспомнил он имя подруги Прохора-11), пристально вгляделась в его лицо.

— Какой ты… странный.

— Прошу прощения, — виноватым тоном продолжил Прохор. — Я не думал застать…

— Эй, очнись! — помотал перед его носом палец Саблин. — Ты дома, всё в порядке.

— Это не он, — отступила Юстина.

— То есть как не… — начал Саблин, умолкая. — Холера ясная! В него вселили…

— Вы не так поняли, — перебил его Прохор тем же виноватым голосом. — Никого в вашего… в меня не вселяли. Я из другого числомира.

Юстина, продолжая внимательно рассматривать лицо «переселенца», усмехнулась.

— Это заметно.

— Что заметно? — посмотрел на неё Саблин, провёл ладонью по лбу. — Ох, ну конечно! Я полный идиот! Ты… вы — Прохор из второго превалитета?

Прохор спустил ноги с кровати.