Воровская правда

Тем не менее капитан отвечал, стараясь попасть в тон начальству:

— Это будет здорово, товарищ полковник!

— Здорово, говоришь? — весело подхватил Беспалый. — Ты, капитан, недооцениваешь эту идею. Вот увидишь, это будет нечто невиданное и неслыханное! Изучать наш опыт через пару лет съедутся все начальники колоний Советского Союза. Поверь мне, я умею передавать опыт. — И Беспалый блеснул золотой фиксой.

— Я не сомневаюсь, товарищ полковник! — козырнул капитан.

— Вижу, что ты поддерживаешь меня во всех моих начинаниях. Будешь работать со мной в одной упряжке, и у тебя тоже будет все в порядке. Обожаю единомышленников! Если будешь пахать с огоньком, то обещаю — не пожалеешь. Но сейчас ты должен доказать свою лояльность и исполнительность. Поручаю тебе организовать работу с зэками так, чтобы на зоне все сверкало, чтобы твой начальник нигде не смог испачкать сапоги. Ты меня хорошо понял, капитан?

— Все понял, товарищ полковник! Через неделю здесь будет идеальная чистота. Завтра же начнем. Завезем щебень, дорожки забетонируем. Вы убедитесь, что я умею работать в одной команде.

— Вот это по-нашему. Лагерь должен напоминать город-сад! И не заставляй себя подгонять, чтобы я в тебе не разочаровался.

Беспалый круто развернулся и зашагал в сторону лесопилки.

Капитан едва поспевал за полковником. Эта прогулка больше напоминала бег на спринтерской дистанции. Он понимал, что если вызовет недовольство начальника, то это сильно осложнит ему дальнейшую службу: в кармане френча Беспалого лежал приказ о предоставлении особых полномочий за подписью самого товарища Берии. Эти особые полномочия позволяли полковнику вогнать в толщу тундры любого сомневающегося.

— Сделаю все, что смогу, товарищ полковник, — с подъемом заверил капитан. Он семенил за начальником, не разбирая дороги, и уже безнадежно перепачкал в грязи сапоги, галифе и даже шинель.

— Уж постарайся, родной! Еще у меня к тебе вот что: ты знаешь о том, что я сам бывший вор и был здесь на зоне смотрящим? — неожиданно остановившись, спросил Беспалый.

Такого вопроса капитан не ожидал. Открыв рот, он мучительно соображал, как следует поступить: сделать удивленное лицо или все-таки на всякий случай продемонстрировать свою осведомленность.

— Ладно, не тужься, — смилостивился полковник, — вижу, что знаешь. За скок с прихватом на кичеван угодил. Так вот, я хотел попросить тебя, капитан, не удивляться некоторым моим… странностям. Я вором был и вором останусь до гробовой доски. Одна из моих привычек — это давать своим подчиненным погоняла. Ты мне очень напоминаешь одну бескрылую смешную птицу.