Воровская правда

"

"Орех достал пачку английских сигарет «Пэлл-Мэлл». Осторожно извлек из нее сигарету. Он сгорал от любопытства — интересно, как в этом случае поступит Варяг? Он обязан одернуть гостя, потому что в противном случае могут подумать, что он дал слабину, и в то же время, если он сделает замечание Ореху, то поставит себя как бы выше него.

Орех неторопливо разминал пальцами табак и терпеливо дожидался реакции Варяга. Он сознательно шел на конфликт, понимая, что своими действиями наживает сильного врага, но это был единственный способ удержать власть. А потом, если Варяг все-таки дрогнет, то нужно дожать его, иначе придется весь оставшийся срок озираться на него.

— Угости-ка и меня! — не повышая голоса, произнес Варяг.

Орех охотно протянул ему сигарету. Вот оно что! Гибок. Теперь никто не сможет упрекнуть смотрящего по России в том, что он спасовал.

Несколько минут они курили молча, вдыхая горько-сладкий дым, а потом Орешин произнес:

— Ты спрашиваешь, с чем я к тебе пришел, Варяг? Ты — вор, и я — вор. Нам нечего делить, тем более в этой колонии, а власти на зоне нам с тобой обоим хватит с головой. А потом, как нас будет понимать братва, когда мое решение отменяется твоей малявой? Мы должны дудеть в одну дуду, а не показывать всем, что у нас имеются какие-то разногласия.

Варяг вжал сигарету в донышко блюдца, и окурок, свернувшись в кривой сапожок, последний раз выдохнул тоненькую струйку.

— О чем это ты, Орех?

— О чем? А пошевели мозгой, припомни тех мужичков из СИЗО, что отведали чифирчика в компании с петухом.

— Ну так и что? — равнодушно отреагировал Варяг. Выглядел он совершенно невозмутимым. — Кажется, ты посчитал их запомоенными?

— Вот именно! Сам знаешь, Варяг, что из петушни, как и с того света, обратной дороги не существует!

— А с чего ты взял, Миша, что они запомоенные?

— Ты меня удивляешь, Варяг! Они зашкварились! Разве недостаточно того, что они пили из одной кружки с пидорасом?

— Хочу тебе сказать: мужики не знали, что он петух, и встретили его так, как требует того закон. А то, что он не рассказал о своих грехах сразу, — так он уже поплатился за это. А потом, признайся откровенно, разве тебе не жалко собственноручно запомоить сразу тридцать арестантов?

— О какой жалости ты говоришь, Варяг? Мы должны поддерживать порядок, который был установлен до нас. И если зэк — петух, то его место под нарами!

— О порядке вдруг заговорил, а сам-то в сучьей зоне проживаешь! — слегка повысил голос Варяг. — И вижу, что ты здесь не бедствуешь!

Владислав хорошо знал породу людей, к которой принадлежал Орех. По большому счету им совершенно безразлично, в какой они находятся зоне, и ради собственного блага и дополнительных привилегий они могут надеть красную повязку активиста и рваться в бригадиры.