Варяжская правда

И не тебя, а вот этих… – он обвел взглядом столпившихся вокруг бояр.

– А не боишься, что я велю наказать тебя за дерзость?

Духарев усмехнулся и положил руку на оголовье меча. Он был один, а бояр – десятка три. Все, как и положено, при оружии. Но пожелай княгиня действительно его наказать, пришлось бы кликнуть стражу.

Ее ближники на такого, как Духарев, могли только тявкать издали. И в этом было серьезное отличие партии княгини от партии ее сына. И уж, конечно, Святослав не стал бы устраивать целый спектакль из-за паршивого лужка стоимостью в четверть гривны.

– Осмелишься обнажить меч в моем тереме? – поинтересовалась Ольга.

Духарев пожал плечами.

– А вот я сейчас велю тебя в цепи и в подпол.

– Может, проще сразу в землю закопать? – предложил Духарев.

Бояре возмущенно загалдели. Ольга в ниточку сжала губы. Не любила она, когда напоминали о подробностях ее мести древлянам.

Какое-то время она колебалась: не кликнуть ли стражу?

Духарев ее прекрасно понимал. В той экономической реформе, которую княгиня вот уже несколько лет проводила на подвластных Киеву землях, эта жадная толпа прихвостней в высоких шапках играла первостепенную роль. Не у Духарева пытался оттяпать Шишкин тиун пресловутый лужок, а у родовичей. С родовым укладом сейчас боролась княгиня. С порожденной им системой полюдья. Чтобы не князь с дружиной, странствуя по державе, брали что удастся, а тиуны и наместники через мытарей собирали положенное. Чтобы были это налоги, а не «прокорм». Как в Византии. Как в Булгарии. Как в цивилизованных странах.

Теоретически Духарев, порождение цивилизованной эпохи, должен был поддержать такое начинание… А практически – ну ее к лешему, такую цивилизацию, где заправляют бояре типа Шишки!

Духарев не боялся. Он нужен князю. В Киеве он – герой. Посади героя в поруб – такая буза поднимется… Героев надо сразу убивать. Но убивать его Ольга не станет. Убивать его политически неразумно.

В дверях появился Ольгин сотник. Его, кажется, звали Добрыней. Перекрикивать боярский галдеж не стал. Остановился, ожидая, пока княгиня обратит на него внимание. А когда она повелительно махнула рукой (всем молчать), доложил:

– Великий князь к вам, матушка!

Духарев улыбнулся. Всё. Теперь поруб точно отменяется.

Великий князь киевский Святослав вбежал в горницу буквально через минуту. Вместе с ним – запыленные борзые и пара гепардов, сотник Икмор, неизменный охотничий спутник князя, дюжина гридней.

– Семерых тарпанов заполевал! – похвастался великий князь. – Двух тебе, мать, привез!

– Я конину не ем, ты же знаешь, – поджала губы княгиня.

– Дружинным своим отдай! – бросил Святослав и, заметив Духарева: – Воевода! Сказывали, ты меня искал? Или с матушкой уже все обговорили?

– Искал, – согласился Духарев.