Позывной «Пантера»

Невозможно с точностью сказать, что это было и было ли вообще. Однако очевидно, что настроение атташе изменилось. Он уже безо всякого энтузиазма продолжал разговор, его вопросы были сухими, казенными. Сложилось ощущение, что он узнал все, что надо, и теперь хотел поскорее, но более или менее тактично закруглиться.

Чем и заинтересовал наблюдательного англичанина. Теперь уже Йен не спешил сворачивать беседу.

– Он жив? – Пальцы Шоу лежали на фото, где был запечатлен светловолосый парень в военной форме, с улыбкой на продолговатом лице. Англичанин словно претендовал на снимок, который мог войти в книгу. И, с английской прямотой, буквально заявил на него права: – Я оставлю фото себе. – И после короткой паузы: – Не возражаете?

– Пожалуйста, – последовал ответ собеседника.

– Могу я узнать его фамилию? Или хотя бы имя. – Йен приготовился записать на обратной стороне снимка. Иванов мягко отвел его руку:

– Еще раз назовите день и месяц, когда его посадили вместе с вами.

– Он был крайне... – Йен сделал паузу и повторил вопрос: – Он жив?

– Очень на это надеемся.

– Был крайне скрытным, – продолжил англичанин и сравнил: – Как вы. Если другие пленные называли свои фамилии, охотно рассказывали о себе, делились воспоминаниями, то он – нет. Поначалу я даже заподозрил его... Как это у вас, русских: подсадная утка. – Йен сказал это на русском, и на русском же продолжил, чуточку затягивая слова: – Только выпытывать у нас было нечего, мы, а-а, повторяю... We were closest friends there... and we were often speaking about very innermost things[10], – быстро закончил он. – Понимаете?

Иванов кивнул."

"Йен снова взял паузу. Он понимал, что русский хочет уйти – неважно, что право, по английскому этикету, прервать разговор принадлежало ему, принявшему приглашение. Однако Юрий Иванов извинился и попрощался. А выходя из кафе, поднял руку в знак приветствия и благодарности.

«Интересно, – подумал Йен, – разведчик имеет право оглядываться?» Как истинный англичанин, любящий конный спорт, он сравнил Иванова с конкуристом: чем выше класс у спортсмена, тем меньше он оглядывается на пройденные барьеры; а профессионалы конкура так вообще не оглядываются, сбила ли лошадь преграду или нет: что толку?.. Возможно, Иванов не очень хороший разведчик.

Йен заказал скотч безо льда, мелкими глотками, не спеша, выпил, в очередной раз посмотрел на фото. С этим человеком, который был на четыре-пять лет младше его, он пробыл в плену пятьдесят восемь дней.

– «Крестик-нолик – сутки прочь...»

– «Заткнись, а?»

Пленник, с еле заметной грустной улыбкой, послушно умолкает.

2

Гори, Грузия

... – Когда спрашивала, как его зовут, он только улыбался слабо и мотал головой: мол, ничего не слышу, не понимаю, – отвечала на вопросы учительница, чудом оказавшаяся на свободе.