Три ночи с повесой

 — Оно и правда ужасное, согласен? Даже не помню, сколько лет оно провисело в моем шкафу. Я его ни разу не надевала.

— Ничего не выйдет. — Джулиан покачал головой. — Держу пари, все зрители станут смотреть не на сцену, а на тебя.

— Они могут смотреть сколько угодно. Но будут разглядывать платье, а не меня. — Лили кокетливо обмахнулась огромным веером из слоновой кости, до половины закрыв им лицо. Изогнув одну бровь, она заставила-таки Джулиана оторвать взгляд от ее корсажа. Он помотал головой и принялся изумленно разглядывать ее прическу, представлявшую собой копну тугих кудряшек, сколотых высоко на темечке и свободно спадавших на плечи.

— Что ты сделала со своими волосами? — не утерпел он. — Послушай, Лили, я просил тебя одеться поскромнее, а не вырядиться, как…

— Шлюха? — подсказала Лили. — А почему бы и нет? — Она игриво повела плечами. — Неужели скромный, непритязательный клерк не заслуживает того, чтобы хоть немного насладиться радостями жизни?

О нет, только не это! Он не станет больше играть с ней в эту игру! Ни за что!

— Ступай наверх и переоденься! — отрывисто бросил он.

Лили опустила веер. Улыбка увяла, лицо разочарованно вытянулось.

— Ты хоть представляешь, сколько времени мне понадобится, чтобы переодеться?! — всплеснула она руками. — Мы пропустим половину спектакля.

— Холдинг! — оглушительно рявкнул он.

Крепко сбитая немолодая экономка не спешила явиться на зов — возможно, чтобы он не догадался, что все это время она топталась за дверью.

— Да, мистер Беллами? Чем могу вам помочь, сэр?

— Холдинг, у вас есть зимний плащ? Желательно какого-нибудь тусклого цвета и самого простого покроя?

— Нет, сэр. Плащ, который я ношу зимой, подбит горностаем и оторочен шелком.

Джулиан с шутливым изумлением воззрился на домоправительницу.

— Ну и ну, Холдинг! Вот уж не подумал бы. — Он покачал головой. — А сейчас смирите тщеславие и принесите ваш плащ сюда. Ее милость одолжит его у вас на сегодняшний вечер.

— Слушаюсь, сэр. — Домоправительница, почтительно присев, поспешно удалилась. Через минуту она вернулась, держа в руках плащ из толстой шерсти какого-то темного цвета. Идеальный оттенок, одобрительно кивнул Джулиан, нечто среднее между темно-серым и грязно-коричневым.

— Великолепно, — удовлетворенно кивнул он, забрав у Холдинг этот шедевр портновского искусства и набросив его на худенькие плечи Лили. Он чутьли не дважды обернул ее плащом. Потом Джулиан, туго затянув завязки у нее под подбородком, одернул полы плаща, и Лили стала похожа на туго спеленутую мумию. Нижняя губа у нее обиженно задрожала.

Но когда Джулиан натянул ей едва ли не до бровей капюшон, терпение Лили лопнуло.

— Я смахиваю на картофелину, — проворчала она.

— Это точно, — с готовностью согласился Джулиан.