Пристойное поведение

 — Такты меня простишь? Я это слово произнес уже пятнадцать раз.

— Три только. За что именно тебя простить, Егор? Так много обид накопилось, я путаюсь в приоритетах.

— Что из-за меня тебе приходится врать. Сомневаться, — он чеканит слова, я понимаю, что его настроение меняется. Вот теперь он действительно злится, но не на меня. А на себя и ситуацию, в которую нас всех поставил. — Пожалуйста, потерпи еще. Бросить и разрушить наши отношения — легко. На данном этапе — все еще легко. Я не знаю, стою ли я того, более чем уверен, что не слишком, но если ты можешь допустить, что да, — пожалуйста, прости меня. Когда я согласился покрывать Ксюшу, я не догадывался, что у меня появишься ты. Что страдать будешь именно ты. Я просто… с детства привык за нее заступаться, и продолжаю это делать по инерции. Мы росли вместе, поводов было до **пы. А сегодня я смотрел на тебя и осознавал, что в защите ты нуждаешься ничуть не меньше. Если не больше. Вероника, зря ты себя накрутила. История твоих родителей — не наша история. У нас все по-другому.

— А как у нас?

— Узнаем, если продержимся еще немного.

— Думаешь, кто-то догадался? Я совсем не могу скрываться… Прости. Я старалась тебя не подставить.

— Ты не подставила. Мне жаль, что тебе было плохо, наверное, это знак, чтобы ты держалась от меня подальше. Знакам надо верить, — а сам обнимает крепче. — Пока я в тебя не влюбился, тебе нужно вычеркнуть меня из жизни. Только скажи одно слово — и я съеду из квартиры напротив. Пока еще есть время принять правильное решение. Потом от меня так просто будет не избавиться.

— От тебя уже фиг избавишься, — обиженно заявляю.

— Значит, поздняк метаться, — говорит он мрачно. — Дальше будет сложнее, — а сам продолжает гладить. Попробуй тут прими решение — оттолкнуть, когда он крепко обнимает и прижимает к себе.

Я сижу у него на коленях, наши лица так близко, но дело вовсе не идет к интиму. Я вижу, что ему плохо. Не знаю из-за чего: по-прежнему из-за Ксюши или уже из-за риска потерять меня. Лучше бы второе, конечно. Пришел-то он снова ко мне, а не к ней.

— Это будет очень долгий сентябрь, — говорю, а сама сжимаю его плечи, целую в шею и чувствую, как волоски на ней встают дыбом, ему нравится. Улыбаюсь. Хороший мой, как же ты вляпался.

— Задолбался я уже, — отвечает мне.

— Мне нужно что-то, за что я бы могла держаться, Егор. С каждым днем ты просишь больше, но ничего не обещаешь взамен.

— Что бы ты хотела?

— Для начала твою книгу. Ты дашь мне ее почитать?

— Конечно. Я же озвучил условие.

— Я хочу раньше. Хочу быть исключением.

Некоторое время он думает. Потом соглашается:

— Хорошо. На этой неделе я закончу работу и пришлю тебе файл. Может, все само собой и решится.