Поспорить с судьбой

Но, оступившись однажды, девушка потеряла право на мечты.

Регида заметила, как дочь замедлила шаг, завидев ворота Храма, но промолчала, не зная, какими словами может подбодрить своё дитя. Душа женщины рвалась на части от боли и чувства вины. Как она могла не уберечь единственную дочь, ту, ради которой жила все эти годы? Почему позволила ей уйти в тот вечер? И что ждёт впереди её кровиночку?

Столько вопросов, а ответов на них нет.

Переступая порог у ворот Храма, Кейра подняла глаза вверх, с молчаливой мольбой вглядываясь в далёкое синее небо. Пусть простят Боги её за греховные помыслы, пусть они простят ей необдуманные поступки, и пусть простит её матушка за решение, что приняла неразумная дочь…

Жрец в компании узника и двух охранников подоспели спустя несколько минут.

Мужчина, спасённый Кейрой, выглядел ужасно: одежда на нём была рваной грязной и смердела; лицо при ближайшем рассмотрении выглядело страшно — это были кости, обтянутые серой кожей, с прорезью вместо рта. Глаза он не открывал.

Регида, увидев будущего зятя, схватилась за сердце и грузно опустилась на скамью, не проронив до конца церемонии ни единого слова.

Всё прошло очень быстро. Жрец прочёл ритуальные слова и пригласил Кейру подойти. Девушка приблизилась и взяла у служителя Храма две ягоды парсы —

священного кушанья, благословлённого Богами. Первую ягодку она съела сама, второй ей предстояло накормить жениха. Нерешительно обернувшись к мужчине, удерживаемом на ногах охранниками, Кейра прошептала:

— Прошу тебя, прими эту пищу из моих рук. Эта ягода напоит и накормит, придаст сил, укрепит дух. Пусть парса станет символом нашего союза, ибо я, Кейра Миири, сегодня беру тебя в законные мужья.

В Храме повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь судорожными рыданиями

Региды. Внезапно веки приговорённого дрогнули, а в следующее мгновение девушка вновь увидела их — те самые глаза, что заставили её позабыть обо всём на свете.

— Я готов вкусить парсу из твоих рук… Кейра Элисон Миири, — слова мужчины звучали очень тихо, но уверенно. А уж имя девушки он произнёс так, что в душе её снова зашевелилось то самое новое не понятное пока чувство. Он словно знал о ней всё, и разделял её боль, а она хотела забрать часть его страданий себе. Протянув ягоду, Кейра ощутила лёгкое прикосновение сухих губ к кончикам своих пальцев и затаила дыхание, вслушиваясь в его низкий хрипловатый голос. — Пусть парса станет символом нашего союза, ибо я, Маркус Сивер Олд, сегодня беру тебя в законные жёны. И пусть три Бога благословят наш союз.

И грянул гром. Все в Храме подпрыгнули от неожиданности, а сам молодой супруг прикрыл глаза и обвис на руках охранников без признаков жизни.

— Слава Богам! — прокричала Регида, пытаясь обнять шокированную дочь.