Посох двуликого Януса

Зачем их учить, если встроенный в визор голосовой переводчик позволяет свободно общаться с людьми в любой точке мира? Никто теперь не знает ни одного языка, кроме родного. Ну, может, за исключением каких-нибудь ученых-лингвистов или филологов.

– Весь фильм мы, конечно, не успеем посмотреть даже один раз, не то что два, – говорила между тем Варвара, накладывая на блюдо шпажки с нанизанными на них кусочками сыра и фруктов. – Но я почитала отзывы киноведов столетней давности об этом фильме, и все как один отмечают сцену с выбором платка, дескать, это классический пример настоящего киноискусства, когда в эпизоде четко прочитываются два пласта: что нам показывают и что происходит на самом деле. Я уже нашла этот отрывок, но смотреть без тебя не стала.

Они устроились в удобных мягких креслах, на столике между ними стояло блюдо с печеньем, чайник и чашки. Варвара включила визор в режиме голографии, и изображение возникло прямо в пространстве перед ними, словно с потолка спустился большой экран."

"Черно-белый фильм, антураж какой-то не европейский, скорее восточный или североафриканский, но из троих участников эпизода двое, мужчина и женщина, выглядят европейцами. Третий – явно представитель местного населения, торговец текстилем, продает платки, шали и тому подобное. Женщина подходит к прилавку и начинает перебирать кружевные шали, выражение лица спокойное, она в хорошем расположении духа. Сзади подходит мужчина и что-то говорит ей. Женщина резко оборачивается, но тут же отводит взгляд и снова утыкается глазами в кружево. Значит, мужчина ей знаком, а вот встреча с ним неприятна. Мужчина продолжает говорить, настойчиво и уверенно, женщине все это не нравится, глаза бегают, лицо напряженное, она отвечает собеседнику, но видно, что она лжет и мучительно ищет способ как-то выкрутиться из ситуации. Вдруг лицо ее расслабляется, она улыбается, поворачивается к мужчине, смотрит прямо ему в глаза. Что-то говорит и уходит. Мужчина столбенеет, видимо, он услышал что-то совершенно неожиданное. Такое, что в корне меняет его представление о сложившейся ситуации. Очевидно, для зрителя этот момент тоже должен был стать поворотным в оценке сюжета.

Эпизод закончился, изображение исчезло.

Варвара изящным движением разлила чай по чашкам.

– Что скажешь?

– По-моему, они давно и хорошо знакомы, – уверенно начала Наяна. – Но между ними произошло что-то такое, что дает мужчине право упрекать женщину или выдвигать требования. Она не то оправдывается, не то… в общем, говорит неправду, не объясняет истинных мотивов своих поступков.

– Согласна, – кивнула Варвара. – Мне тоже показалось, что они хорошо знакомы, но между ними кошка пробежала.