Последний день лета

– Вы все равно об этом расскажете, – проговорила Ульяна. – Смотрите, чтобы не было поздно.

Глава 14

Черная лента

На вопрос: «Видели следователя?» – Руднева указала рукой на дверь:

– Только что уехал.

Ульяна вздохнула, и в ее вздохе прозвучало разочарование. Так вздыхают, когда не получают того, на что неизбежно рассчитывали.

Оглядевшись, она увидела на стойке деревянный ящик с выжженным домиком.

– Это здесь зачем?

– Я вызвала Германа прибить на стену полку. – Ольга Францевна переставила ящик на пол. – Простите, конечно же, ему здесь не место.

– Кирилл Сергеевич здесь?

– Он тоже отъехал.

– Как неудачно! Мне крайне нужно в Зареченск.

Руднева порылась в ящике и протянула ключи.

– Ваш брат уехал на служебной машине и предупредил, что в случае необходимости вы можете взять его личный автомобиль.

– Спасибо!

Забрав ключи, Ульяна заскочила в номер за сумкой и черканула записку, где сообщала, что вернется лишь вечером и необязательно к ужину. И значит, Надежде придется ужинать в одиночестве или в лучшем случае в компании с Миланой."

"Уже на подъезде к Зареченску справа показался бетонный забор «Технопласта», он замыкал огромную территорию с десятками корпусов. В последнее время Ульяна редко бывала здесь, чаще – в юности или в детстве, когда приезжала сюда с отцом. Теперь, после его смерти, у нее появилось чувство отчужденности, как будто сама она не имела к заводу никакого отношения. Во многом поэтому, ну и, разумеется, из соображений служебной этики Ульяна переписала свою долю акций на Кирилла. И вот что удивительно, это помогло ей справиться с горечью потери отца.

Решив не ставить в известность брата и тем более Тягачева (особенно после его отказа), она позвонила жене Дюкова и сообщила, что подъезжает. Та пообещала оформить пропуск и встретить на проходной.

Все так и вышло – они встретились у турникета. Дюкова оказалась дородной молодой женщиной, весьма симпатичной, но по-местечковому старомодной.

– Вы – Ульяна Сергеевна? – Она протянула пропуск. – Меня зовут Вера. Идемте!

Они по очереди преодолели турникет и прошли по коридору до лифта.

Там, нажав на кнопку нужного этажа, Дюкова спросила:

– За какой период вас интересует отчетность?

– Июль девяносто седьмого года, – сказав это, Ульяна засомневалась: – Только не говорите, что документация за данный период сдана в архив. Я этого не переживу.

– Смотря что вам нужно.

– Документы о выделении средств на погребение усопших сотрудников.

– Думаю, что это найдем.

Выйдя из лифта, они остановились у двустворчатой металлической двери с табличкой «Архив».

Вера Дюкова сунула в скважину длинный сувальдный ключ и дважды его провернула.

– Хорошо, что сразу прихватила его с собой.