Последний дубль Декстера

А как… гм… на что это будет похоже?

– Тя вроде как током чуток ударит, – сообщил Дикки. – И это те сигнал, чтоб падал замертво, ясно?

– А сильно ударит? – не успокаивался я.

– Не боись, не убьет. Меня и похуже хлопало.

Не могу сказать, чтобы это меня сильно утешило, но ничего более конкретного я от Дикки не добился. Он поправил все еще один, последний раз, отступил от меня на шаг и окинул удовлетворенным взглядом.

– В наилучшем виде, – сказал он. – Рубаху взад, и ты готов.

Я натянул рубашку обратно. Конечно, со всеми этими фейерверками она сидела чуть в обтяжку, но он заверил, что этого не видно, и не успел я опомниться, как уже шагал через улицу к своей отметке. Не к школьной отметке, не пятерке или там четверке, а к налепленному на асфальт куску изоленты, обозначавшему, где я должен стоять, чтобы объектив поймал меня в фокус. Насчет отметок я все знал еще со времени съемок своей первой сцены, поэтому ощущал себя закоренелым профессионалом, когда спрашивал Марту, помощника режиссера, где моя. Она отвела меня к месту на тротуаре – всего в нескольких футах от нависавшего над дорогой надземного перехода.

– Машина выедет вот отсюда, – объяснила она. – Они выстрелят, и вы упадете вот сюда. – Она показала на еще одну отметку, наполовину на асфальте, а наполовину на решетке ливневой канализации. – Головой вон туда. – Марта кивнула в направлении перехода. – Постарайтесь не шевелиться после того, как упадете. Так в сценарии, – добавила она, похлопав меня по руке, и поспешила прочь, громко что-то говоря в свою рацию.

Производство кино куда сложнее, чем кажется большинству из нас. Вы, возможно, думаете, что уж такую простую сцену, как смерть Декстера от рук плохих парней, снять проще простого? Ну да, посмотрите только на все эти крутые ролики, которые мы каждый день снимаем своими мобильниками! Но настоящее кино вроде того, какое мы создавали теперь, куда сложнее. Столько всего нужно скоординировать – свет, и звук, и обязательные режиссерские истерики. И когда наконец все готово и работает как надо, над головой пролетает реактивный самолет и заглушает все звуки, так что приходится начинать сначала.

По замыслу авторов сериала, моя смерть – лишь одна из вводных сцен, маленький и незначительный эпизод жизни прекрасной, но закаленной испытаниями Эмбер Уэйн, детектива полиции Майами. Но даже так потребовалось несколько попыток, прежде чем результат удовлетворил режиссера, Виктора. Это довольно скучно, и трудно казаться потрясенным от внезапного нападения, когда оно происходит седьмой раз подряд.