После

– Но он, безусловно, трудный.

Мы обе смеемся, и она обнимает меня.

– Ты милая девушка. Ты сделала для нас гораздо больше, чем ты думаешь.

Я чувствую, что у меня щиплет глаза, и киваю.

– Надеюсь, вы не возражаете, если я сегодня останусь. Хардин попросил меня, – говорю я, старательно избегая смотреть ей в глаза.

– Конечно, нет. Вы оба взрослые, и я верю, что ты предохраняешься.

О боже! Чувствую, что мои щеки краснее, чем луковицы, которые мы только что посадили.

– Мы… э… мы не… – заикаюсь я.

Зачем я говорю об этом с будущей мачехой Хардина? Я замолкаю.

– О… – так же неловко говорит она. – Пойдем внутрь.

Я иду за ней в дом. У двери снимаем грязную обувь. В гостиной Хардин сидит на краю дивана, а Кен – в кресле. Глаза Хардина немедленно встречаются с моими, и между нами пробегает искра.

– Пока ты приводишь себя в порядок, приготовлю, – говорит Карен.

Хардин встает и подходит ко мне. Он, кажется, рад, что ему больше не придется сидеть в комнате наедине с отцом.

– Мы скоро вернемся, – говорю я, поднимаясь вслед за ним по лестнице.

– Ну, как вы? – спрашиваю я, когда мы оказываемся в комнате.

Вместо ответа он обнимает меня и приближает губы к моим. Мы прислоняемся к двери, и он прижимается ко мне.

– Я скучал по тебе.

Во мне все тает.

– Правда?

– Да. Я провел несколько часов с отцом в неловком молчании, изредко обмениваясь еще более неловкими репликами ни о чем. Мне нужно развеяться."

"Он проводит языком по моей нижней губе и утыкается носом мне в шею. Это что-то новенькое. Приятное, заводит и что-то новое.

Его руки спускаются по моему животу, останавливаясь на пуговице джинсов.

– Хардин, мне нужно принять душ. Я вся в грязи, – смеюсь я.

Он ведет языком вдоль моей шеи.

– Я люблю тебя любой, и чистой и грязной. – Он улыбается с теми же знакомыми ямочками.

Я аккуратно обхожу его, хватаю сумку и устремляюсь в ванную. Я задыхаюсь и путаюсь в одежде и вспоминаю о незакрытой двери, только почти раздевшись. Оборачиваюсь – и вижу ботинки Хардина.

– Можно присоединиться? – улыбается он и заходит в ванную прежде, чем я успеваю ответить.

Глава 71

Он стягивает футболку и включает душ.

– Мы не можем вместе мыться! Мы – в доме твоего отца, и в любой момент могут вернуться Дакота с Лэндоном!

Мысль о том, что я увижу Хардина, абсолютно голого под душем, заставляет меня сладко замереть, но все-таки это слишком.

– Тогда я приму душ, пока ты тут стесняешься.

Штаны и трусы падают на пол, и он заходит мимо меня в ванну. Кожа на его спине двигается, очерчивая мускулы. Он проводит несколько раз по моей одежде глазами, затем осматривает себя. По нему стекает вода, блестят татуировки. Не осознаю, что таращусь на него до тех пор, пока он не задергивает резко занавеску, пряча свою идеальную фигуру.