После

– Не могу насытиться тобой, Тесс, – страстно хрипит он.

Его рука опускается в мои трусики, и он подтягивает меня к себе так близко, насколько возможно. Его член упирается в меня. Я беру его руку и вынимаю из своих трусиков. Когда я поворачиваюсь к нему лицом, он, хмурясь, отворачивается.

– Я… я хочу кое-что сделать, – медленно неловко шепчу я.

На хмуром лице появляется улыбка, он берет меня за подбородок, заставляя смотреть в глаза.

– Что именно ты хочешь? – спрашивает он.

Точно не знаю; знаю только, что хочу, чтобы ему было так же хорошо, как и мне. Я хочу видеть, как он теряет контроль над собой, как это было со мной, в этой комнате.

– Я не знаю… Чего ты хочешь? – В моем голосе слышна растерянность.

Хардин берет мои руки и скользит ими по выпуклости на своих штанах.

– Я очень хочу, чтобы твои пухлые губки попробовали меня.

Я задыхаюсь от его слов, чувствуя нарастающее давление в паху.

– Ты хочешь этого? – спрашивает он, поглаживая моей рукой свой член.

Он пристально смотрит на меня, оценивая мою реакцию. Я киваю и сглатываю слюну, и он улыбаясь садится и подтягивает меня к себе. Меня наполняют волнение и желание одновременно.

Громкий сигнал вызова эхом разносится по комнате. Хардин со стоном хватает со стола телефон. Смотрит на экран и вздыхает."

"– Я сейчас вернусь, – говорит он и выходит из комнаты.

Когда он возвращается через несколько минут, настроение его снова меняется.

– Карен на кухне. Завтрак почти готов.

Он открывает шкаф и, не глядя на меня, быстро натягивает футболку.

– Хорошо.

Я встаю и выхожу к себе, собираясь надеть бюстгальтер прежде, чем спуститься вниз, к его родственникам.

– Увидимся внизу, – говорит он таким тоном, что я сразу чувствую растущий комок в горле.

Хардин замкнутый – мой самый нелюбимый тип Хардина, он нравится мне даже меньше, чем Хардин сердитый. Кто ему звонил и почему он так ощетинился? Почему он не может оставаться в хорошем настроении?

Я снова киваю и выхожу в коридор, где так вкусно пахнет беконом, что в желудке сразу начинает урчать. Я надеваю лифчик и туго завязываю шнурок на клетчатых штанах. Подумываю снова надеть платье, но решаю, что с утра в нем будет неудобно.

Глядя в большое зеркало на стене, причесываюсь пальцами и протираю глаза. Когда я выхожу из комнаты, дверь напротив открывается. Не глядя на Хардина, внимательно изучаю обои и прохожу по коридору. Я слышу сзади его шаги, и когда я оказываюсь у лестницы, его рука нежно берет меня за локоть.

– Что случилось? – спрашивает он, с беспокойством глядя на меня.

– Ничего, – резко отвечаю я.

Я сегодня слишком эмоциональна и к тому же еще не позавтракала.

– Нет, скажи, – требует он, наклоняясь так, чтобы смотреть на меня в упор.

– Кто тебе звонил?

– Никто.

Он врет.

– Это Молли?

Я не хочу этого знать.