Вредность - не порок

Придумать ответную колкость я не успела: из открывшейся двери появился Дармир с поверженной уткой в руках. О недавних баталиях свидетельствовало только белоснежное перо, застрявшее в волосах победителя. Тушка уже была обезглавлена, ощипана и вскоре перекочевала в руки Любы. И уже через час мы все расселись за накрытым столом.

— Быстро поедим, и в путь, — скомандовал властелин.

— Ты уверен? — робко отозвалась Люба.

Честно говоря, я тоже предполагала, что у нас здесь осталось еще одно незавершенное дело.

— А как же тени? — задал вертевшийся у всех нас на языках вопрос Дармир.

— Как угодно, — пожал плечами Алекс. — Достаточно того, что нам придется что-то делать с девчонкой.

— Где одна — там и для другой место найдется, — попытался пошутить Габриэль, но его юмора никто не оценил.

— Неужели ты оставишь все как есть? — недоверчиво протянул лекарь.

— Самое большее, что мы можем для них сделать, — это сообщить в гильдию.

— Но они же страдают, — поддержала мужа Люба. — Когда еще та гильдия снизойдет до обреченных, если вообще снизойдет.

— У меня нет времени решать чужие проблемы, — процедил Алекс. — Кстати, если мне не изменяет память, я никого за собой силой не тянул. Так что все желающие сделать доброе дело могут быть свободны.

Интересно, Габриэль тоже сам за ним увязался? Впрочем, о чем это я, сейчас есть вопросы поважнее.

— Даже если я тебя попрошу? — едва слышно спросила я и вперила в него пронзительный взгляд. И сама испугалась.

Властелин повернулся ко мне, наши глаза встретились. Я еле удержалась от того, чтобы не забиться трусливо под стол. Взгляд мужчины из серебристого стал стальным, а потом и вовсе почти черным. Мне потребовалась вся так некстати проснувшаяся храбрость, чтобы не отвернуться. Все, Ксюша, кажется, ты все-таки доигралась! Сейчас тебе популярно объяснят, где твое место.

Не объяснили. Он вообще не сказал мне ни слова. Вместо этого перевел взгляд на девчушку и резко спросил:

Мишка испуганно поежилась и ткнула пальцем в соломенный коврик, лежащий у очага. Под ним оказался лаз в погреб. Только сейчас до меня наконец дошло, что это были за тени.

— Что с ними произошло? — тихо спросила я Мишку, пытаясь хоть как-то отвлечься от неприглядного зрелища, которое являли собой доставаемые из погреба останки.

Мелкая разом сникла, но, видимо, дабы больше к этому не возвращаться, ответила:

— К нам в конце весны тетя приезжала. Краси-ивая… — Девочка шмыгнула носом, ее глаза подозрительно заблестели. — Она обедала с нами. И просила вернуть ей какую-то печать. А потом они все вместе спустились в погреб. — Мишка, больше не таясь, вытирала и без того не особенно чистым рукавом нос. — Вечером тетя уехала, а ночью прилетели тени. А у меня слишком короткие ноги — до ступеньки не достают.