Порог

После армии Ян ни разу не жевал маслянистой дурманящей травы, но согласился сразу — и чтобы не обижать отказом, и неожиданно подумав, что порцию сечки он сегодня точно заслужил.

Сечка была не заводская, кустарная. Слишком соленая и, кажется, слишком крепкая — онемение пошло на все горло. Но Ян жевал с удовольствием. В тот момент, когда солдаты появились вблизи фермы, он испытал неподдельный страх. Теперь тот сменился грустью и покоем… а какие еще чувства можно испытывать в воюющей, разрушенной стране рядом с пепелищем уничтоженного города.

— Как это было? — спросил он лейтенанта. Сечка толкала к разговору, заставляла работать онемевший язык.

Лейтенант не стал уточнять, о чем он спрашивает.

— Мы не ждали войны, — сказал он. — Сейчас не ждали. Никто не воюет зимой.

Ян кивнул. Зимой проще обороняться, но войны развязывают не те, кто планирует сидеть в обороне.

— У них четыре пусковых района, — сказал лейтенант, неспешно пережевывая сечку. — Было четыре. Мы их все знали. Ну и еще, говорят, Рыжие построили подводный крейсер с ракетами. Новая штука, наши все считали, что это слишком дорого и опасно, вдруг затонет… Подводный крейсер не наша ответственность, его моряки пытались выследить. А мы смотрели за стационарными пусковыми. Не ожидали того, что случилось.

— Что именно? — удивился Ян.

— Они нарушили договор. — Лейтенант сплюнул зеленым на посеребренную инеем землю. Плевок, разматываясь, понесся вниз с крыши. — О том, что нельзя выводить оружие в космос. Ну, спутники-шпионы, ретрансляторы — это и они, и мы делали. А ядерные бомбы обещали не выводить. Опасно же, хуже любого подводного крейсера! Мы заметили почти случайно, объект шел с орбиты на дикой скорости, не просто спуск, видимо, с включенным двигателем, почти по прямой… как метеор… точно по столице.

— И?.. — холодея спросил Ян.

— Мы сообщили. Только поздно было. За три минуты до падения, я думаю, даже Вперёдидущий не успел спуститься в убежище. Взрыв чудовищный был, вот это, — лейтенант кивнул на далекое, смутно видимое в темноте пепелище, — и в подметки ему не годится. Не знаю, почему именно по столице. Вперёдидущий был один из немногих, кто пытался свести дело к миру. Да и как военный объект столица не важна. Просто большой город, сады, памятники, храмы, институты… Они его испепелили. Термоядерный заряд. Ударили и молчат. Будто ждали, что мы капитулируем. Что у них в головах, а?

Ян молчал. В столице он когда-то родился. Там была его материнская семья. Он любил столицу — широкие проспекты, величественные здания, зеленые скверы, где резвилась детвора…

— Наши ударили из всего, что было. Я сам видел, как ракеты пошли на цели. Тогда и они ударили всем арсеналом сразу.